Шеф №42

Шеф №42
Автор: Сергей Быструшкин, христианский журналист, писатель.
20.10.2023

"Шеф"-  новый цикл рассказов известного христианского писателя С.Быструшкина. Анотация:  

Шеф №42

"Зачем верить, когда знаешь?". Этот вопрос уже давно не дает покоя Патрику Штейну. Известный московский журналист, пережив клиническую смерть, был возвращён на Землю, но отныне Патрик - сотрудник Всевышнего, помогающего Ему спасать души людей для Вечности. Не выдержав жизни с таким человеком как Патрик, от него уходит жена, он вынужден постоянно врать близким, как-то объясняя свои внезапные отлучки. И как же жить человеку, который даже не может спокойно согрешить, зная, что за каждый грех предстоит давать ответ, и чья работа - твои страсти?"

 

«Красный ноябрь»

(Посвящается одному очень хорошему студенту семинарии)

   Патрик Штейн продолжал красить забор, боковым зрением наблюдая над своим надзирателем. Тучный полицейский только что проводил казаков, оставивших пастись большую белую лошадь у ворот, и вновь устроился на скамейке возле участка.

   -Тоска по Родине. Десять букв.

   -Ностальгия, - подсказал Патрик.

   Полицейский записал в кроссворд новое слово.

   -Ты не кури, пожалуйста, - сказал Штейн, намекая на лошадь, стоящую рядом. – А то они табачного дыма не переносят. Да и я тоже.

   -Шо?! – полицейский вскочил и двинулся в сторону Патрика. – Ты-то откуда знаешь, хмырь городской.

   -Знаю, знаю… Ты подойди, посмотри поближе. 

   Как только мент приблизился к нему, Патрик нанёс ему удар в пах. Когда толстяк согнулся пополам от боли, он ударил его двумя руками по затылку. Полицейский повергнулся на землю. Патрик с сожалением снял свое любимое пальто, поскольку в нем особо не побегаешь и накрыл им поверженного противника. После чего он взгромоздился на лошадь и подумал: «Самое время вспомнить, чему меня учили на курсах катания на лошадях». Коняшка под ним вздрогнула, но послушно понесла его прочь от полицейского околотка. Пока у него было время спокойно сидеть в седле (относительно спокойно, учитывая текущую ситуацию и обстановку вокруг), он мог вспомнить, с чего все начиналось…

   Когда раны от полученного пулевого ранения затянулись, Патрика Штейна естественно выписали из больницы. И первое что он сделал – посетил молодого человека, у которого на его глазах машина сбила родителей. Парень пребывал вне себя от горя и был на грани отчаяния. Но он очень удивился, когда Патрик переступил порог офиса, в котором он работал.

   -У вас же сейчас перерыв, - сказал Патрик. – Пойдёмте на свежий воздух. Поговорим.

   Они спустились на лифте и вышли в сквер.

   -О чем вы хотели со мной поговорить?

   -Я хочу сказать, что знаю, какого это терять близкого человека.  У меня тоже умирали родные.

   -Вы мне сейчас расскажите, что Бог принял их там, в свои райские селения?

   -Зачем? Вы это, как я смотрю, лучше меня рассказать можете.

   -Тогда зачем вы здесь?

   -Родион, - Патрик наклонился к нему, - я вижу, что вы хороший человек. Светлый и чистый. Но стоите сейчас на очень опасном пути. Вас если ветерок чуть качнёт – вы и слетите как листик с дерева.  А я этого не хочу.

   -А вам-то какое дело до моей жизни? – недоумевал Родион. – Я не пойму, вам-то это зачем?

   -Вы знаете, кто я? Вы читали мою колонку о Шефе?

   -Да, я знаю, кто вы. Кто же вас не знает.

   -Значит, и с моей историей вы тоже ознакомились?

   -С той, что с вами случилась клиническая смерть, вы якобы встретили Бога и стали помогать людям?

   -Во-первых, не якобы встретил, - поправил его Патрик. – А во – вторых…. Помогаю я людям или нет – это не мне судить, пусть люди скажут. Но здесь я действительно для того, чтобы помочь вам.

   -И чем же вы можете мне помочь? – впервые с искренним любопытством посмотрел на него Родион.

   -Я вижу на вас некую отметину Бога. Вижу в вас себя пару лет назад. Я был таким же – циничным и ни во что не верящим. Вижу вас студентом семинарии, в конце концов.

   -Кем?! – надсадно расхохотался Родион. – Студентом семинарии?! Вот уж насмешили!

   -А что вас не устраивает? – улыбнулся Патрик. – Не нравится носить рясу?

   -Да я никогда ее и не носил.

   -Вот самое время попробовать.

   -Чудные вы вещи говорите, - вздохнул Родион. – Да и сами вы чудной. Пришли сюда, душеспасительные беседы со мной ведете. Вам больше заняться нечем?

   -До какого же отвратительного времени мы дожили, что теперь любая забота людей друг о друге воспринимается как нечто странное и выходящее за рамки нормы, - досадливо поморщился Патрик. – Знаете, я тоже не верю людям. Жизнь убедила, что этого делать не стоит. У меня нет друзей. Мой единственный товарищ – это Господь Бог. Я выбрал Бога, потому что дружить с людьми слишком больно. Но в вас, я повторюсь, есть что-то, что откликнулось во мне. Мне бы очень не хотелось, чтобы вы запутались в этой жизни.

      -Ну, вам-то это зачем? Ну ладно я, конченный человек, но вы…. Переживаете о людях. Зачем? Это же не народ, это стадо баранов. Один идиот что-нибудь скажет и все подхватывают «о да, наше дело правое! С нами Бог!». Какой Бог, если у нас одна половина страны в Бога не верит, а другая заряжает воду. Ладно….  Что же вы намерены делать?

   -Ничего. Просто хочу, чтобы вы знали, что вы всегда можете обратиться ко мне за советом. Или помощью.

   Патрик встал.

   -Вот моя визитка. Звоните, пишите в любое время. И мой вам дружеский совет – не разочаровывайтесь в жизни прямо сейчас. Поверьте, у вас для этого будет еще достаточно времени и возможностей.

   И Патрик ушел, оставив Родиона в недоумении смотреть ему вслед. Через какое-то время он окликнул его:

   -Пожалуй, вы могли бы для меня кое-что сделать прямо сейчас.

   Патрик обернулся.

   -Я слушаю.

   -Моя хорошая знакомая, которая живет довольно далеко отсюда, могла бы помочь мне прийти в себя. Я не могу пока к ней поехать, но вы могли бы передать ей кое-что. Курьером я это послать не могу. Понимаю, просьба безумная, но…. Вы, кажется, к таким привыкли.

   -Давайте вашу посылку, - сказал Патрик. – Мне как раз на работе сейчас положен отпуск. Начальство считает, что мне нужно восстановиться, а для этого следует отправиться куда-нибудь на природу. Я, откровенно говоря, считаю иначе, но с начальством спорить не привык – ни с земным, ни тем более, с Небесным, - он поднял указательный палец кверху. – А раз уж мне все равно эти дни делать нечего, я съезжу, исполню ваше поручение. И воздухом подышу и доброе дело совершу.

   -Прямо стихи, - усмехнулся Родион.

   -А я вам не говорил? Я на досуге и поэзией занимаюсь.

   Когда Патрик переступил порог квартиры, он почувствовал в воздухе запах сигарет.

   -Так! – вслух сказал он. – Опять у нас гости?!  

   В прихожую вышла Наташа.

   -Непрошеные! – громко уточнил Патрик.

   -К нашей дочери пришёл молодой человек. И ты его знаешь.

   -Я его не знаю и знать не хочу, - начал закипать Патрик. – Просил же предупреждать – если дома посторонние, я лучше у родителей останусь. Хоть бы постыдился – знает, что ему здесь не рады и все равно заявляется. Еще и курит тут!

   Он начал разуваться.

   -Знаешь же, что у меня в семье было не принято, чтобы дома были посторонние. Я же рассказывал историю, как позвал одноклассника, он изуродовал мою пердящую подушку, когда на нее задницей своей уселся. Это был первый и единственный раз, когда я кого-то к себе пригласил.

   -Здесь тебе не родительский дом, - сухо ответила Наташа. – Здесь другие порядки.

   -Напомню тебе, что она нам даже не родная дочь, - нахмурился Патрик. – И она обязана нас слушаться! И знать, что я не люблю ЗАГОСТИВШИХСЯ!

   Последнее слово он произнес максимально громко, так чтобы слышала и девочка и визитер.

   -Если около одиннадцати он не уберется, я его выкину к чертовой матери! – предупредил Патрик. Он наскоро вымыл руки, прошел в спальню и так хлопнул дверью, что на пол посыпалась штукатурка.

   Чтобы немного успокоить нервную систему, Штейн зашел в Интернет и стал изучать, куда ему предстоит ехать. Оказалось, что это не так уж далеко от Москвы, но пару часов дорога точно займет. Однако сосредоточиться на чем-то, кроме мысли о том, что в доме неприятный для него человек, он не мог. Патрик через каждые двадцать минут выглядывал в коридор и громогласно объявлял о том, сколько времени осталось до ухода парня падчерицы. Когда стрелки часов приблизился к цифре одиннадцать, Патрик ворвался на кухню.

   -Ну? Почему он еще здесь?!

   -Ну, неудобно вот так парня выгонят, пусть он хоть поужинает у нас…

   -Неудобно?!

   Патрик окончательно потерял самообладание и направился в комнату к падчерице. Рванув на себя дверь, он ворвался в помещение. Девочка и ее парень что-то сосредоточенно изучали в телефоне.

   -Вам не пора ли домой, Костик?! – рявкнул Штейн.

   -Он Стасик, - ощерилась девочка.

   -Какая разница?! Хоть Пестик! Пошел вон отсюда!

   Патрик схватил парня за шкирку и поволок в прихожую. Выбрасывая его за дверь, Патрику показалось, что он ударил его головой о косяк. «Что ж, тем лучше», - с удовлетворением подумал Штейн.

   -Как ты себя ведешь?! – возмущалась Наташа, когда он вернулся в квартиру.

   -Как считаю нужным! – ответил Патрик. – Я оплачиваю эту квартиру, и у меня хорошо бы спрашивать разрешение, прежде чем приводить сюда разных малолетних ушлепков!

   -Уехал бы к себе на квартиру…

   -Я вообще завтра уезжаю далеко. Так что не переживай, отдохнёшь от меня.

   -А куда ты уезжаешь? – спросила с напряжением Наташа.

   Патрик залез в постель и накрылся одеялом:

   -Мне нужно выполнить поручение одного хорошего человека. А с учетом, что врачи прописали мне так называемые курортные процедуры, совмещу приятное с полезным.

   -Патрик, - тронула его за плечо Наташа.

   -Что?

   -Я хочу ласки.

   Штейн с недоумением посмотрел на нее.

   -Неожиданно.

   -Ну, вот вдруг захотелось, - лукаво улыбнулась Наташа. – Ну, так что, мне ложиться спать или?

   -Пойду проверю, плотно ли прикрыта дверь у детей.

   Это была их лучшая близость за последнее время (а Наташа в последнее время не баловала вниманием своего супруга). После него Патрику даже не хотелось по привычке засыпать под просмотр какого-нибудь сериала или телепередачи. От плохого настроения не осталось и следа.

   Утро Патрик проводил сына в школу. Ему казалось, что между ним и Олегом вновь возникла какая-то дистанция. Наблюдая, как он заходит в отражающуюся в утренних лучах школу, Патрик вспомнил, как его так же много лет назад до школы провожала бабушка. И ему стало грустно оттого, что он уже не заедет теперь к ней в гости. Да и дедушки уже нет на свете. Почему наши родные так быстро уходят от нас…

   В поезде Патрик устроился у окна. У проходящей по вагону продавщицы он купил бутылку воды и «сникерс». 

   К нему подсел дородный мужчина в кепке, напоминающий собой актера Джемала Тетруашвили.

   -Мужик, - обратился он к Патрику, - огоньку не найдётся?

   -Не курю, - отрезал Патрик.

   -Да я вот тоже, бросить пытаюсь.

   -Оно и видно.

   -Куда едешь?

   -На «вы», пожалуйста, - поморщился Патрик. – По делам.

   -А чего так грубо? – обиделся Джемал. – Я, может, познакомиться хотел.

   -Что я, барышня что ли, чтобы со мной знакомиться? – цинично фыркнул Патрик.

   -Дорога нам дальняя предстоит, думал скоротать времечко за приятным общением. Мужчина вы, я вижу, представительный…

   -Послушай, - наклонился к нему Патрик, - если тебя мужчины интересуют, то ты адресом ошибся – я по женщинам. Знаешь, и пяти минут не прошло, а ты меня уже основательно достал. Иди себе по добру по-здорову в другой вагон, и донимай там кого-нибудь.

   Мужчина оскорбленно передернул плечами, поднялся и направился к выходу. Поезд в этот момент как раз остановился на платформе.

   -Еще минералочки, - тронул Патрик за руку бакалейщицу.

   Женщина назвала сумму.

   Патрик сунул руку в карман за кошельком и обнаружил, что его там нет.

   -Тут пассажир сидел напротив меня! – обратился он к женщине. – Где он?

   -Только что к выходу прошёл, - растеряно ответила она.

   Патрик метнулся к дверям. Знакомый ему человек семенил прочь от платформы по рельсам в противоположную от движения сторону. Штейн спрыгнул на рельсы и поспешил за ним.

   -Стой!

   Мужчина обернулся и прибавил шаг. Штейн нагнал его и нанёс ему сильный удар по спине. В кошельке у него были не только деньги, но и паспорт. Потерять такую ценность было просто преступлением!

   -Помогите! – заорал Джемал.

   Штейн увидел, что к нему на помощь спешат работники станции. В свете фонарей их фигуры напоминали исполинские. Патрик понял, что ему не справится со столькими здоровыми рослыми мужчинами. Поэтому он принял единственно верное на его взгляд решение в данной ситуации – ретироваться. Штейн отпустил Джемала и бросился в лесную чащу. Среди густых елей, сосен и других видов деревьев он легко сможет затеряться и спастись. Если выбирать, что ему важнее – документы или собственная жизнь, - то выбор был однозначным.

   Однако вопрос ночлега встал перед ним просто-таки во весь рост. Патрик брёл по тёмному переулку, оглядываясь по сторонам в поисках какой-нибудь самой дешёвой гостиницы. По пути ему встретился бомж, который сладко сопел на ступенях дома культуры. «Возможно, это местный обычай – спать на лестницах, - подумал Патрик. – Но меня как чужеземца извиняет то, что я с ним не знаком».

   Обогнув дк, он увидел красивую девушку с густыми волосами. Как он потом узнает, ее возраст приближался к полтиннику, но по ее виду это совершенно нельзя было сказать.  Девушка была прижата к стене странным парнем с рыжим эрокесом. Второй мерзавец рядом на корточках рылся в дамской сумке, очевидно принадлежавшей этой красавице.

   -Так и будешь молчать, дорогуша? – подал голос человек с эрокесом. – Наверняка, ты желаешь пригласить нас к себе? Так не стесняйся! Мы весело проведем время втроем! Только не говори, что мы тебе не нравимся!

   Патрик решительно подошел к ним.

   -Э, нет, ребята, так не пойдет, очевидно, что дама не желает с вами знакомиться.

   Человек с эрокесом обернулся к нему и показал ему нож:

   -Зато ты, слон, я вижу, желаешь познакомиться с моим шабером? Сделаю из тебя клоуна! Разрежу пасть до ушей!

   Патрик сжал кулаки:

   -Брось нож,  у тебя есть три минуты, чтобы раствориться в ночи!

   Очевидно, он произнес это столь внушительно, что негодяев как ветром сдуло.

   -Конечно, маньяки и грабители у нас не в таком изобилии, как скажем, в Лос-Анджелесе, но, к сожалению, иногда встречаются. Рад был избавить вас от их навязчивого общества. Разрешите представиться – Патрик Штейн. Гость вашего города. К вашим услугам.

   -Даша, - улыбнулась девушка и намотала волосы на палец. – А вы, случайно, не маньяк-грабитель?

   -Скорее, анти-маньяк. К тому же, без вида на ночлег.

   -Я бы охотно предоставила его вам – вот мой дом, - девушка указала рукой на небольшой домик. – Но дело в том, что я сама не могу туда попасть. Эти негодяи унесли сумочку, а в ней были ключи от дома.

   -Это не проблема, когда речь идет о крыше над головой.

   Жизнь научила Патрика справляться и с такими ситуациями. Всего лишь нужно было повозиться с замком при помощи ножа, который опрометчиво оставил тот бандит с эрокезом – и вуаля, дверь открыта!

   -Готово. Замок, правда, придётся сменить. Зато у вас есть возможность проявить гостеприимство.

   -Я скульптор. Мой дом является одновременно и студией и мастерской. Так что ничего роскошного не обещаю.

   Несмотря на то, что она была старше, Патрик чувствовал к ней интерес. В его жизни случились приключения, но в этот раз он бы себе этого не позволил. Слишком многое изменилось в его жизни, чтобы он так легко поддавался своим порывам. И в то же время он не мог не признавать, что хозяйка дома была ему симпатична.

   -А ты женат? – словно отвечая на его мысли, спросила она.

   -Да, - он продемонстрировал ей безымянный палец, на котором было обручальное кольцо. – Но у нас с женой сейчас сложный период.

   -А что такое?

   -Она все время уделяет детям. Забыла, что она в первую очередь женщина. Уж молчу про то, что моя жена. Запустила себя.

   -Если задержишься в городе, заходи еще. Буду тебе рада.

   -Я здесь проездом, - сухо сказал Патрик. – Мне нужно найти недоумка, который украл мои документы.

   Он смотрел на нее и испытывал стыд, перемешанный с интересом. Она нравилась ему. И в то же время он понимал, что слишком сложен для нее. Ей бы кого попроще. Конечно, между ними могло бы что-то быть. Только…. Там в Москве его ждет жена. Которая через столько прошла с ним. И Патрик, особенно после их разрыва ТОГДА, не смог бы изменить ей сейчас…

   Ночью он лежал в гостевой комнате прямо под Дашей (на первом этаже). Штейн слышал, как завывал ветер за окном, как качалась лампочка над входной дверью. Больше всего ему хотелось подняться наверх и полюбоваться на спящую Дашу. По всему организму гуляла дрожь.

   Он вышел от Даши около одиннадцати. Путь его лежал в ближайший полицейский участок – пусть фараоны подскажут, как ему дальше быть. Однако все сразу пошло не по плану. По пути Патрик зашёл в магазин купить на оставшиеся деньги печенья и газировки. Трапезничать он предпочёл прямо на ступенях магазина.

   В таком положении его и застал тот самый полицейский – любитель разгадывать кроссворды. Он со своим напарником подъехал на «Уазике» к магазину, высунулся из окна и рявкнул:

   -Документы!

   -Сержант, - ответил Патрик, - документы, деньги у меня украли в поезде «Москва-Новороссийск».

   -Документов нет, поехали, - отрезал сержант.

   -На каком основании?

   Сержант высунул из окна машины ствол ружья.

   -Основания веские, - признал Патрик.

   Он, кряхтя, поднялся и направился к машине.

   -Печенье хочешь? – Патрик протянул мешок сержанту.

   Тот усмехнулся, но печенье взял.

   Ровно через двадцать минут Патрика Штейна доставили в ближайшее отделение полиции.

   -Этот что ли, да? – подал голос жующий зеленый лук толстяк в форме, когда его завели в просторный кабинет.

   -Он, - кивнул сержант.

   -Приятного аппетита! – громко сказал Патрик.

   -Спасибо! – огрызнулся толстяк.

   -Документов у него говорит, говорит, в поезде украли.

   -Проходи, садись, - проявил гостеприимство толстяк.

   Патрик воспользовался им.

   -А чего имя не называешь? Забыл?

   -Да нет, не забыл.  Вы сначала объясните, на каких основаниях вы меня задержали, а уж потом я вам все о себе расскажу.

   -Вот так, да? – нахмурился толстяк.

   -Да, - кивнул Патрик.

   -Чего грязный такой?

   -У вас в камере душ не работает. Давайте так: номер ориентировки и по закону я имею право на один телефонный звонок.

   -Я тебе сейчас устрою звонок, гусь московский, - пообещал толстяк и обратился к сержанту: - Волков!

   Тот задрал голову.

   -Дай-ка ориентировки, - приказал ему толстяк.

   Тот исполнил приказ.

   -Например, у нас тут один маньяк шкодит. Трех девчат изнасиловал и зарубал. Смотри, похож? – И он протянул листок с ориентировкой Патрику.

   -Да где же похож? Совсем не похож.

   -Ну как нет? Глаза есть? Есть. У тебя тоже есть. Нос есть. Волосы есть. Зубы у тебя тоже имеются. Пока, - не преминул уточнить мент.

   Волков угодливо хохотнул.

   -Или могу тебя с родственниками убитых познакомить. Братьями, отцами. Вот, скажу, поймали гада. И не смогу их удержать. Как тебе такой расклад? А, или вот еще…

   -Ладно, ладно. Я все понял. Допрашивайте по форме.

   -Вот так бы сразу! – хлопнул в ладоши толстяк. – Волков, давай!

   -Фамилия. Имя. Род занятий.

   -Валентов. Генеральная прокуратура России.

   Менты замерли.

   -Че застыли? – посмотрел поочередно на них Патрик. – Пробивайте!

   -Це шутник сегодня спать не будет, - угрожающе произнес толстяк. – Ты еще и врун по всей видимости. Какой какой ты там год рождения назвал? Не похоже.

   -Так не пью же совсем, - горько заметил Патрик.

   -Завтра же праздник. Вот пусть он нам двор и украсит. Меркулова позвал? Кравцов будет? А Бескоровайный?

   -Как сказали.

   И вот уже Патрик Штейн во дворе красит стену. А Волков сидит рядом и разгадывает кроссворд.

   -Музыкальный инструмент, на котором любил играть Шерлок Холмс, - вслух сказал сержант.

   -Тромбон.

   -О-оо, ты что сказился?! Це скрипка!

   Патрик отложил кисточку и вытер пот со лба.

   -Ты че кисточку бросил? – встрепенулся Волков.

   -Так готово же уже!

   -Я сам лучше знаю, когда будет готово! Чтоб через час здесь все блестело как в Эрмитаже! И давай пошвыдче!

   Патрик выругался.

   -Шо?!

   -Я говорю, красиво получается!

   В этот момент во дворе появились казаки.

   -Где наворожденный! – заголосили они.

   Патрик узнал в одном из них вчерашнего вора. Он зорко смотрел, в какую сторону уходили ребята. А они, условившись что вечером будут здесь праздновать день рождения полковника Громова (видимо, того самого толстяка), направились в сторону поля.

   Дальнейшее мы уже знаем. Патрик, утихомирив своего надзирателя, на служебной лошади добрался до поля.

   -Дальше я сам, - он спрыгнул на землю и поцеловал своего попутчика. – А то меня с такой уликой живо найдут. Где же твоего хозяина искать, а? Ладно, встретишь его раньше меня, передай – убью.

   Лошадь посеменила вслед за Патриком.

   -Не хочешь меня покидать?

   Вскоре Патрик добрел до какой-то деревни. Если переводить на украинский – шинка. У ворот за большим накрытым столом пировали трое. Среди них был Джемал. Патрик подполз к забору поближе к пирующим и затаился.

   -Завтра утром начинаем охоту, - говорил Джемал. – У нас все готово?

   -Все-все. Только вот недокомплект у нас?

   -В каком смысле?

   -Людей не хватает. Охотиться не на кого.

   -Ну, так найдите! – ударил кулаком по столу Джемал. – Всему вас учить надо как цуциков! Третий год ведь охотимся.

   -Ну, в этом все как-то не ладится.

   -Вы шо, ментов испугались? Це погано, ребята.

  Джемал понизил голос.

   -Слушайте сюда, хлопцы. Наши ребята устали под ментами ходить. Эти черносотенцы совсем распустились. Пора их приструнить!

   -Не, ну правда – менты расслабились уже совсем.

   -А знаешь почему? Потому что мы ходим до них, взятки носим. Совсем расслабились, козлы.

   -А мы их себе на шею и посадили!

   -Да ладно тебе! Замовкни.  Хочешь, чтоб як три года назад было?

   -А не погано было. Не погано. Война была, весело было.

   -Ты это братану своему скажи.

   -И скажу. А шо он сделает? Была бригада. От ментов бегали. Валили многих. Зато бабки были! Понял?! Бабки! А теперь казаками стали. Ходим в лампасах як клоуны без бабок. Не надоело тебе, Димон, а? Я даже тачку себе не могу купить.

   -А зачем было разбивать! Не может он купить! Правильно Куренной сделал – мы теперь казаки, нам почет и уважение. И вообще, шо ты предлагаешь?

   -Вечером Швыдкой будет у меня на праздновании. И я ему предложу поучаствовать в нашей охоте. А ты, Борзой, завтра ему персонально пулю в затылок всадишь. И к нам никаких претензий – все же в околотке знают, что у нас на охоте случаются чрезвычайные происшествия. С летальным исходом.

   -Ты хочешь начальника местной полиции завалить?

   -А то. А то вознесся слишком высоко. Надо бы его притушить.

   -Слухай, а скажи мне, а на кой ляд тебе вообще эта ежегодная охота? Что ты с этого имеешь?

   -Удовольствие получаю. Нравится смотреть, как люди борются за жизнь. А шибче этого мне импонирует смотреть, как они умирают. Мучаясь. Цепляясь за жизнь как поганые клещи.

   -Ну, ты опасный человек.

   -За то и выпьем.

   Послышался звон бокалов.

   -Я каждый день это слышу: времена изменились, пора переходить на другой уровень. Херня это все, слышишь? Херня!

   -И все-таки я не понимаю, шо поганого. Все схвачено, менты свои. Нормальные дела бывают.

   -Ну, где нормальные? Где нормальные? Детский сад какой-то. Это нормально – брат бабки возьмет и сольет? Шо, кубанский казачий хор спонсируя, да? Херня, ты понял?

   -Ты мне лучше скажи, с какого такого рожна тот бродяга из Москвы, шо от ментов бежал, про тебя расспрашивал?

   -А кто тебе казал? Менты?

   -А это неважно. Ты чего натворил, Бэмби?

   -Слышишь, я тебе не Бэмби, ты понял?

   -О, обиделся. Посмотрите на него. На обиженных воду возят…. Ладно, некогда мне, пошел я.

   Один из троицы вышел из-за стола и прошел мимо Патрика.

   -Теперь, когда он ушел, скажи мне тет-а-тет – зачем тебе все это?

   -Ты не слышал пословицы «любопытной Варваре на базаре кое-что оторвали»?

   -Слышал. Только знаешь ли, это не про меня. Я нее ради любопытства интересуюсь.

   -А ради чего?

   -Да ходит слух по области, что у тебя что-то в детстве такое случилось…. Необычное.

   -И шо же це такое необычное со мной случилось?

   -Як не знаю. Но слышал, вроде как ты там в какой-то яд опрокинулся и теперь боли не чувствуешь.

   -Ну-ну…

   -Погодь… Я вообще-то о другом казать хотел. Ой, чую я недоброе. Ты шо опять по поездам шляться стал? Куренной прознает ведь, прибьет. Совсем ты охренел, Бэмби.

   -Да что прознает? Что прознает-то? Откуда? Ты же не скажешь, правда?

   -Обмозгуем!

   Патрик видел, как Джемал всадил нож в своего собеседника. После чего поднялся из-за стола и вышел. Так как Патрик видел, что тот некоторое время назад, шутя, накинул свой пиджак на будущего покойника, он подбежал к нему и принялся рыться в карманах. На его счастье в них обнаружились и документы и кошелек.

   -Какой же ты кретин! – вслух выругался Патрик и было непонятно, кого он имеет ввиду – покойного или себя за то, что влип в такую историю.

   У ворот появился мужчина.

   -Шо ты тут трогаешь?!

   Патрик обернулся.

   -Мужик! Это не то, что ты подумал! Мужик!

   Но мужик уже побежал прочь от ворот, выкрикивая что-то на мове. Патрик сунул документы в карман и поспешил к воротам. Ему навстречу неслась полицейская машина. Штейн бросился в сторону леса. Из «уазика» выскочил Волков с ружьем в руках.

   -Ах ты, байстрюк!

   Патрик бежал, прикрывая голову от выстрелов. Довольно скоро он добежал до какого-то дачного участка и прислонился к забору.

   -Не зря бегал по утрам, Штейн, - сказал он себе.

   Единственное чему ему сейчас хотелось – это напиться воды из колодца. Но тут за его спиной появились менты.

   -Попался, скотина! Ну, теперь не уйдешь!

   Его долго везли непонятно куда. К счастью, бить не стали. Он боялся этого больше всего. За окном машины мелькали какие-то поля, потом деревья. Одно ему было понятно – убивать его пока не станут. И еще, что везут его в какую-то глухомань.

   На большом пустыре его пригвоздили к распятью. Помимо него, на подобных столбах были замечены еще несколько человек.

   -Ну что? – раздалось прямо у него над ухом. – Никогда не хотел почувствовать себя в шкуре Христа… Патрик Штейн?

   Он поднял голову. Перед ним стоял Джемал.

   -Ты, кажется, искал меня, - ухмыльнулся он.

   -А ты, кажется, заигрался в реконструкторство. Зачем мы здесь?

   -Хороший вопрос! – Джемал воздел руки к небу. – Может быть, ты знаешь на него ответ?

   Он подбежал к другому «распятому» человеку. Тучный лысеющий мужчина с ужасом взирал на него.

   -Знаешь?

   Мужчина испуганно замычал.

   -Не знает, - досадливо поморщился Джемал. – А вот я знаю, что мой мозг застоялся. Его нужно омочить.

   Он щелкнул пальцами, и его подручный поднес ему табуретку. Джемал взгромоздился на нее. Патрик видел, как мужчина задыхается.

   Когда Джемалу надоело издеваться над бедным пленным, он произнес:

   -Эх, хорошо!

   Он спрыгнул на землю и подошел к девушке с распущенными, развивающимися на ветру волосами:

   -А может быть, ты знаешь?

   По лицу девушки пробежала тень. Джемал вновь щёлкнул пальцами. Ему дали в руки что-то, напоминающее флакончик с одеколоном. Он принялся брызгать им в лицо девушке, а та начала задыхаться от кашля.

   -А может быть, сия тайна известна тебе?

   Следующей жертвой Джемала был мужчина армейской наружности.

   -Душить будешь? – спросил с презрением тот.

   Чем, по всей видимости, сильно разозлил Джемала. Потому что тот принялся энергично лупить его ногой в промежность. Через несколько секунд армеец уже верещал на всю округу.

   -Вижу, никто мне ответа не даст, - вздохнул Джемал, выходя на середину поляны. – Что ж, тогда я вам объясню. Есть у меня хобби – охотиться на людей. Менты  меня не трогают, так как я за это им неплохо отстёгиваю. Плюс они порой даже помогают мне. Давая заодно наводки, кого убрать. Ну, знаете, например сослуживец продвинулся по служебной лестнице и мешает. Ему рассказывают, что есть, мол, такой человек, у которого за небольшие деньги можно себе нервишки пощекотать. Вот они сюда и едут. А на охоте всякое ведь может случиться.  Ну, вы поняли, да?

   Он оглянулся на пленных, ожидая восторгов, но не услышал их, а руки у них были связаны.

   -В общем, завтра с утра начинаю охоту. И вы со мной. А ты, - он указал рукой на Патрика, - моя главная дичь.

   К вечеру подручные Джемала развели костер и устроились ужинать прямо на поляне. С куском большой курицы в руках он подошел к Патрику, который продолжал висеть на распятии.

   -Кушать хочешь?

   -Да не особо.

   -Давай, давай, подкрепись. Тебе завтра силы понадобятся.

  -Так это завтра.

   Джемал прислонился ко кресту.

   -Ты сам виноват. Не пошёл бы за мной тогда после поезда, лежал бы сейчас в тёплой постельке, а не висел бы тут как Христос.

   -Извини меня, ты мои документы умыкнул.

   -Так это бизнес у меня такой.

   -А-а…. Извини,  я же не знал. Но мне кажется, бизнес – то у тебя вот…

   Патрик обвёл взглядом поляну.

   -Да это так, для души, - вздохнул Джемал. – Чем я на самом деле занимаюсь, тебе лучше не знать.

   -Да я и то, что уже знаю, предпочёл бы забыть.

   -Насчёт этого можешь не переживать. Тебе завтра на охоте последние мозги отобьют.

   -Правда?

   -Правда. Будь уверен.

   -Я только на это и рассчитываю.

   Они помолчали.

   -Зачем я тебе? Что, не мог найти жертву попроще?

   -Ты в судьбу веришь?

   -Я в Бога верю.

   -А, ну да, ты же у нас это…. Константин советского разлива. Пилигрим. А я вот человек простой, но к знакам свыше тоже прислушиваюсь. Держу, так сказать, ухо востро. Вернее даже душу. И вот она, душа то-есть, мне говорит, что раз уж ты тут у меня оказался, значит, это не случайно. Значит, хочет Боженька, чтобы мы с тобой тут делов наворотили. Что думаешь?

   -Не знаю, мы с ним не настолько в близких отношениях, чтобы Он передо мной отчитывался.

   -Ну, в любом случае, завтра мы позабавимся. Мне тут такое классное оружие подогнали: ружьишка, калаши. Ух! Я просто на слюну изошел. Да и ребята у меня крепкие, рослые. Настоящие рыцари. Они вам завтра спуску не дадут.

   -Ну, слава Богу, тогда я спокоен.

   -Слушай, а ты правда… того… с Богом разговаривал?

   -А тебе – то что?

   -Да  я вот всю жизнь вопросом задаюсь – если Он есть, Бог этот, что же Он позволил, чтобы со мной такое в детстве случилось?

   -А что с тобой в детстве случилось?

   -Отец работал на химическом предприятии. Закрытом. Они там какое-то новое оружие испытывали для оборонщиков. Химическое. Я в тот день пробрался на завод, захотел посмотреть, где папа работает. И надышался там всякой гадостью. С тех пор боли не чувствую. Вот, смотри.

   Откуда ни возьмись у него в руке появился нож, и он воткнул его себе в ногу. На его лице не отразились даже ни тени боли.

   -Видишь?

   -Вижу. Дай мне поспать, а? Завтра трудный день предстоит.

   Разбудил их Джемал действительно на рассвете. Из своих бараков будущих жертв его охоты вывели на поляну и построили в шеренгу. Патрик встал рядом с женщиной, в которой, к своему удивлению, узнал Дашу.

   -А ты что здесь делаешь?

   -Вот так встреча, да? – грустно улыбнулась та. – Надо же, где встретились.

   -Как ты сюда попала?

   -Он гребет местных жителей без разбору. Кто под руку подвернется. В этот раз подвернулась я.

   -Я решил облегчить вам условия, - говорил Джемал. – Я не буду связывать вам руки. Обычно мы так делаем, но не в этот раз. Хочется новых ощущений. На этой машине вас отвезут в лес и отпустят. Дадим вам сорок минут форы. Поверьте мне, это очень хороший бонус!

   -А если кто, не побежит? – спросил коренастый мужчина из толпы.

   Джемал посмотрел в его сторону, и сейчас же один из его подручных изрешетил вопрошающих. После чего торжествующе воскликнул:

  -Я починил оружие! Починил.

   -Ты идиот что ли? – посмотрел на него Джемал. – Я имя его хотел узнать.

   -Павел.

   -Да не надо, это теперь не важно. Иди отсюда! Блин, я теперь сбился…. О чем  я говорил? Ах да… Сорок километров – это фора, господа. Я к каждому обращаюсь – используйте эту возможность по уму. Движение – жизнь.

   Он обозрел присутствующих.

   -Может, у кого какие просьбы есть?

   -Курево, - буркнул армеец.

   -Так ведь вроде перед смертью не накуришься! – расхохотался Джемал. – Ладно, дай ему. Может еще кто?

   -А презервативы есть? – подал голос Патрик.

   -Это ты че, серьезно? – подбежал к нему Джемал. – А кого тебе?

   Потом он перевел взгляд на Дашу:

   -А, ну это наш человек. Гюрза, выдай.

   Откуда ни возьмись появилась девушка-альбинос. Она положила в карман рубашки Патрика контрацептивы.

   -Только ты экономь, смотри, - улыбнулась она ему.

   Когда Патрику развязывали руки, он посмотрел в небо и подумал: «Шеф, пожалуйста, помоги нам. Глупо будет вот умереть от рук каких-то наркоманов во главе с этим извращенцем».

   -Ну что, - хлопнул в ладоши Джемал, - до встречи!

   Когда их высадили в лесу, Патрик решил взять командование пленными на себя.

   -Ребята, - громко сказал он, - нам нужно держаться вместе. В живых они нас оставлять не собираются, это точно. Значит, нужно сделать всё, чтобы у них это не получилось.

   -Что будем делать? – подал голос лысый.

   -Для начала попробуем понять, как отсюда выбраться…

   Однако Патрик не успел закончить свою фразу. Вдалеке раздались выстрелы.

   -Охотники уже здесь! Расходимся!

   -Что?! – заорал лысый. – Зачем? Ты чё удумал?

   -А ты хочешь, чтобы нас здесь всех разом положили?! – огрызнулся Патрик. – Расходимся!

   Оставшиеся послушались его приказания. Сам Патрик юркнул за дерево и шепотом взмолился:

   -Шеф! За последнее время я много нагрешил и не заслуживаю Твоей милости. Но если посчитаешь нужным, спаси меня!

   Еще он держал в голове, что ему нельзя убивать. С охотниками можно делать всё, что душе захочется, но, главное, никого не убить. Это-то и будет самым сложным.

   Один из охотников появился прямо перед Патриком. На нём было одеяние, напоминающее медвежью шкуру. Патрик осторожно вышел из-за дерева, сложил две руки в замок и обрушил эту конструкцию на голову этого бандита. Тот рухнул как подкошенный на траву.

   -Извини, парень, медвежий прикид тоже нужно уметь носить, - тихо сказал Штейн.

   Он обыскал его и вытащил у него из кобуры пистолет.

   -Искренне хочется надеяться, что не придется пускать оружие в ход. Но, к сожалению, жизнь показывает, что эта машинка в моем деле редко бывает лишней.

   Он двинулся вглубь леса. Сейчас Патрик был здесь совершенно один. Ну, вернее, для постороннего глаза он был один, сам-то Патрик знал, что с ним всегда рядом Шеф, что Он обволакивает его, что Он как купол вокруг него, что Он возвёл вокруг него невидимую стену, и никакое зло не приключится ему. И страшно ему было не поводу того, что его могут убить. К этому он был готов.

   Вот уже несколько месяцев Патрик испытывал паническое чувство опасности от мира, в котором он живёт. Ему стало страшно общаться с людьми, потому что они могут предать – вспомнить хотя бы его начальника Кодицкого. Он перестал доверять даже своим самым близким людям. Единственным, кому он мог без зазрения совести открывать свои мысли и перед кем быть настоящим – это был Шеф. И сейчас опять же только Он видел, как Штейн на трясущихся ногах продвигался по лесу, поминутно озираясь в поисках опасности.

   Дорога привела его к склону. Внизу журчала речка. И там же на берегу стоял один из подручных Джемала. У Патрика возникло большое искушение вытащить пистолет и прострелить ему голову. Но он вовремя остановился себя и решил расправиться с наёмником иначе.

   К берегу можно было добраться по крутой тропинке. Патрик, стараясь не производить шума, крадучись спускался вниз. Постепенно он приближался к своей новой жертве. Вот он уже наблюдает за ним через кусты. Наемник стоял к нему спиной и потому сохранял безмятежность. Пора было действовать.

   Патрик поднял с земли большой камень и двинулся к бандиту. Аккуратно встав у него за спиной, он примерился и приложил камень об голову мужчины. Тот как подкошенный рухнул в воду, и течение унесло его вниз. Вода под бандитом окрасилась в ярко-красный цвет.

   -Еще одна победа, - вслух сказал Патрик.

   В это время раздался выстрел, и пуля выбила камень из его рук. Штейн оглянулся и увидел очередного охотника. Тот как раз перезаряжал ружье.

   У Штейна не оставалось времени на раздумья. Он прыгнул в воду, и течением его понесло влево. Звучали выстрелы, но бандиту было уже тяжело попасть по Патрику. Тот уцепился за какую-то ветку, которая на поверку оказалась весьма прочной, и благодаря ей выбрался на берег.

   -Уф! Ну и выходные у меня!

   Патрик похромал по дороге среди деревьев, надеясь, что уж сейчас не встретит никакого охотника.

   Он оказался на территории какого-то дома отдыха. Некто любезно проковырял дырку в заборе, и он легко смог преодолеть ее. Еще издали он понял, что за охраняемой территорией находится нечто вроде санатория. И реши узнать, так ли это. Его догадка подтвердилась.

   Очевидно, сейчас был или тихий час или в санатории было мало отдыхающих. По крайней мере, асфальтированная алея, на которую он вышел, оказалась пуста. По обеим сторонам ее тянулся ряд высоких деревьев, которые, как казалось, царапали своими кронами небо. Патрик дошёл до ближайшей скамейки, сел на нее и закрыл голову руками. Ему было страшно и очень плохо на душе.

   Вдалеке показалась машина. Патрик юркнул в кусты. По пути из машины выбросили труп человека. Патрик узнал в нём того самого лысого. Он видел, как бандиты выволокли из машины Дашу и затолкали её на территорию котельной.

   Совать туда вызволять её одному было бы чистым самоубийством. Требовалась помощь извне.

   Пеекрестив труп, Патрик осторожно обошёл котельную и пошёл по дороге дальше. Впереди оказалось КПП. Возле него он к своему удивлению заметил армейца.

   -Этот придурок собственную территорию знает хуже, чем я, - довольно произнес тот. – А я на другой бережок перебег и вот уже на свободе! Не будет же он меня в городе мочить! Пойдём ко мне, обсохнем.

   Уже дома, Патрик спросил:

   -Тебя как звать-то?

   -Замшев, - представился армеец.

   -Патрик. Мне понадобится твоя помощь.

   -Хочешь нанести нашему охотничку ответный визит?

   -А чего бы нет? – улыбнулся Патрик. – Заходим, кладем их всех, забираем Дашу и уходим. Нам чужого не надо.

   -Ну а что, - задумался Замшев. – Можно. Только погоди, я дочке наставления дам, чтобы не шалила тут.

   Он ушел в другую комнату, откуда раздалось:

   -Малая! Слушай меня внимательно!

   Патрика перекосило. Он терпеть не мог подобных обращений к подросткам. Однако, разумеется, свои мысли вслух высказывать не стал. Дождавшись, когда вернется Замшев, он произнес иное:

   -Надо будет еще хорошенько их покалечить, чтобы впредь отпало желание подобным заниматься.

   -Покалечим, - кивнул Замшев.

   -Слушай, а арестовать их возможно?

   -Да ты что, с ума сошел? – похолодел Замшев. – Этот Бэмби…

   -Кто?

   -Олежка Бэмби, ну этот самый, который на нас охоту открыл, он же весь город в своих руках держит. Под ним вся администрация ходит. Начнёшь права качать – и тебя тут же под землёй найдут.

   -Правовое государство, твою мать, - сплюнул себе под ноги Патрик. – Ладно, служивый, пойдём долг Родине отдавать.

   Примерно через час на территорию котельной, где держали Дашу, въехала «Нива». К ней тут же подбежало несколько охранников. Их взору предстал Патрик Штейн, сидящий с кляпом на заднем сиденьи.

   Из кабины высунулся Замшев:

   -Че смотрите? Свои! Зови Олежку!

   -Олег! – заорали молодчики.

   Один из них бросился в главный корпус, другой остался смотреть ему вслед. И проморгал тот момент, когда Патрик выпрыгнул из кабины и наставил на него пистолет. Выплюнув изо рта кляп, он произнес:

   -Ствол положи, служивый!

   Парень исполнил его приказ.

   -Народу много внутри?

   -Человек двадцать.

   -Это плохо. Очень.

   С этими словами Патрик ударил его пистолетом по голове. Молодчик рухнул как подкошенный.

   -Рацию у него возьми, - велел Патрик Замшеву, но в этот момент почувствовал, что ему в затылок упирается ствол пистолета.

   -Я лучше у тебя возьму.

   -Ты че творишь?!

   -Извини, земляк, ничего личного, - объяснял Замшев. – Уехать хочу, мир посмотреть. А билеты здесь только Бэмби продает.

   Им навстречу двигались еще несколько молодчиков. Патрик видел, что они готовы открыть огонь. Он резко ушёл за спину Замшева, и того тут же изрешетили. Патрик прыгнул в салон машины и нажал на педаль газа.  Машина понеслась внутрь, распугивая стреляющих.

   Далее все было как в кино (как будто до этого было иначе?). Машина врезалась в стену. Патрик выскочил из нее и бросился к дверям. Он успел их закрыть, прежде чем молодчики очухались. Отлично! Теперь оставалось найти и вызволить Дашу!

   Её (а вернее, её мёртвое тело) он нашёл на втором этаже. Патрик присел рядом с Дашей:

   -Ну, теперь всё, моя милая! Всё…

   Однако Даша ничего ему не ответила. Патрик увидел, что по груди у неё расползается кроваво-красное пятно. Ему показалось, что он окончательно потерял способность что-то ощущать. Дважды за последнее время у него на глазах погибал близкий ему человек.

   Патрик откинулся на спинку сиденья и обнял труп Даши. Ему хотелось верить, что жизнь из неё ушла ещё не до конца…

   -Не переживай, она быстро ушла, - раздался знакомый ему голос.

   Патрик посмотрел на Джемала не с ненавистью, а с некой обреченностью:

   -Зачем?

   -Хотел сделать тебе больно. У меня получилось?

   -На сто процентов. Садись, пятерка.

   -Сяду.

   Джемал опустился на карточки.

   -Не задалась как-то охота. Уделал ты моих молодцев. Как пить дать, уделал. Что же мне с тобой делать, а?

   -Расстрелять на месте. И покончить с этим.

   -Э, это нет, - рассмеялся Джемал. – Это слишком скучно. Я тебе придумаю смерть поинтереснее.

   Он встал.

   -Знаешь, бывает так, что вот сводит Всевышний таких непохожих людей вместе. А вот зачем сводит – Ему одному ведомо. Может быть, чтобы ты меня чему-то научил, я тебя чему-то. Вот что я точно усвоил на будущее – орлов нужно выбирать потщательнее. А вот так какой-нибудь очередной голубь залетный их и положит всех за раз. Не напесёшься на вас.

   -Ничего, ты мальчик умный, урок усвоишь… - процедил сквозь зубы Патрик.

   Джемал наклонился к нему:

   -Да я-то умный. А вот ты почти покойник. Достал ты меня, Пилигрим. Отпроповедывался, хватит. Пора и смерть знать.

   -Красиво сказано.

   -А я просто все время чувствую присутствие чего-то потустороннего. Чего-то большего, чем я.

   -И это не заставляет тебя задуматься о том, что ты творишь дичь?

   -Заставляет. Знаешь, Пилигрим, заставляет. И к Богу твоему у меня очень много вопросов. Почему он допустил, что со мной такое случилось в детстве? Что я ничего не чувствую. Между прочим, это случилось здесь, Пилигрим, на этом самом заводе, где ты через пару минут скончаешься вслед за своей подружкой.

   Патрик непроизвольно взглянул на мёртвое тело Даши.

   -Я, может, ее и грохнул только потому, что воочию увидеть хочу – какого это чувствовать боль. Нет, не физическую, а душевную. Знаешь, Пилигрим, я ведь и такую не ощущаю.

   Лицо его посерьезнело.

   -Ну а ты скоро и такую не будешь ощущать.

   Он направился к выходу. Патрик дождался, когда тот скроется и поднялся на ноги. В воздухе уже запахло паленым. Поскольку Даше уже было все равно, он разбил ею окно и выпрыгнул во двор. Далее через забор и подальше от этого место. На его счастье, никто из молодчиков беглеца не заметил.

   Добравшись до КПП санатория, Патрик вызвал такси.

   -Гони на вокзал! Срочно!

   Он слышал, как Джемал говорил своим подручным, что собирается покидать город на своем частном поезде. И даже запомни в какое время. Он мог ещё успеть.

   И он успел. Когда Штейн ворвался в вагон, в котором Джемал и какой-то мужчина рассматривали некий белый порошок, тот улыбнулся ему.

    -Пилигрим! Живой, да что ж такое-то! Кол в тебя осиновый вбивать, что ли?

    Патрик двинулся к нему.

   -Нравишься ты мне, ей-богу, нравишься!

   -Извини, в этот раз я тебя жалеть не буду!

   -А и не надо, так даже интереснее! Раз уж всё началось в поезде, в поезде и закончится!

   Его собеседник в испуге вскочил и убежал в другой вагон. Патрик схватил Джемала за грудки и ударил его об оконное стекло.

   -Давай! Бей! – орал Джемал. – Мне все равно! Я ничего не чувствую!

   Штейн взял его за волосы и ударил лицом о стол.

   -Ещё! – закричал Джемал.

   Штейн повернул его на спину и начал избивать его лицо. Сильно. Страстно.

   -Давай! Давай! Не останавливайся!

   Патрик чувствовал, что теряет контроль.

   -Давай! Убей меня!

   На этих словах Патрик отпустил Джемала, и тот ударился головой о стол.

   -Почему ты меня не убил? – тот с ужасом смотрел на Штейна. – Кто ты? Откуда?

   -Я оттуда, - прохрипел Патрик, указав рукой вверх.

   Было видно, что Джемал не понимает, что происходит.

   Наконец он взял себя в руки:

   -Проверим, боишься ли ты боли!

   Он схватил зажигалку, поджег свою рубашку и попытался притянуть к себе Патрика. Но тот ногой оттолкнул его. Джемал валялся на полу и медленно обгорал. Это было отвратительное зрелище, но он не мог отвести от него взгляд.

   На ближайшей станции он сошёл и первым делом позвонил Наташе.

    -Привет. Это я. Да, доехал. Слушай, я хотел сказать тебе…. Чтобы ни случилось, помни… Ты самая лучшая женщина в моей жизни, и я очень тебя люблю…. Как я счастлив, что ты есть у меня! Мне тут нужно выполнить одно поручение. А потом я вернусь. Обязательно вернусь…

 

Темы этой статьи
Еще по этой теме
Похожие статьи
Шеф №47
"Шеф"- новый циклрассказов известногохристианского писателя С.Быструшкина. Анотация: "Зачем верить, когда знаешь?". Этот вопрос уже давно не дает покоя Патрику Штейну. Известный московский журналист, пережив клиническую...
Шеф №46
"Шеф"- новый циклрассказов известногохристианского писателя С.Быструшкина. Анотация: "Зачем верить, когда знаешь?". Этот вопрос уже давно не дает покоя Патрику Штейну. Известный московский журналист, пережив клиническую...
Шеф №45
"Шеф"- новый циклрассказов известногохристианского писателя С.Быструшкина. Анотация: "Зачем верить, когда знаешь?". Этот вопрос уже давно не дает покоя Патрику Штейну. Известный московский журналист, пережив клиническую...
Шеф №44
"Шеф"- новый циклрассказов известногохристианского писателя С.Быструшкина. Анотация: "Зачем верить, когда знаешь?". Этот вопрос уже давно не дает покоя Патрику Штейну. Известный московский журналист, пережив клиническую...
Шеф №43
"Шеф"- новый циклрассказов известногохристианского писателя С.Быструшкина. Анотация: "Зачем верить, когда знаешь?". Этот вопрос уже давно не дает покоя Патрику Штейну. Известный московский журналист, пережив клиническую...
Как стать христианином – Христиане.ру