Шеф №44

Шеф №44
Автор: Сергей Быструшкин, христианский журналист, писатель.
08.01.2024

"Шеф"-  новый цикл рассказов известного христианского писателя С.Быструшкина. Анотация: 

Шеф №44

 

"Зачем верить, когда знаешь?". Этот вопрос уже давно не дает покоя Патрику Штейну. Известный московский журналист, пережив клиническую смерть, был возвращён на Землю, но отныне Патрик - сотрудник Всевышнего, помогающего Ему спасать души людей для Вечности.

Не выдержав жизни с таким человеком как Патрик, от него уходит жена, он вынужден постоянно врать близким, как-то объясняя свои внезапные отлучки. И как же жить человеку, который даже не может спокойно согрешить, зная, что за каждый грех предстоит давать ответ, и чья работа - твои страсти?"

 

«Проект: Слякоть» 

(Все совпадения с реальными лицами и событиями случайны)

   Ностальгия – один из моих главных грехов. Я предаюсь ему чересчур часто. Вот и сейчас я лежал у себя в спальне и смотрел в потолок, терзаясь воспоминаниями о прошедшем годе. Перед глазами мелькали сцены с дедушкой. Вот меня маленького мама по пути на работу передает на станции «Авиамоторная» дедушке, мы с ним идем в наш любимый супермаркет, подолгу там что-то выбираем, а потом с покупками отправляемся домой, где нас ждет бабушка. Которая готовит обед и обсуждает со мной новости шоу-бизнеса. Мне не нужно думать о деньгах, вопросы здоровья меня не беспокоят, так как оно у меня отличное. Жизнь кажется счастливой и беззаботной.

   Это потом, гораздо позже, я познаю и горечь утраты близких людей и каково это ходить по врачам, и все прочие тяготы нашей грешной жизни. Возможно, поэтому я стал излишне склонен к эмоциональному эскапизму. Меня стало тянуть гулять в места, где прошло детство, просматривать старые альбомы, фильмы, которым уже по много лет. Определенно в этом было что-то неправильное.

   -Опять замечтался? – спросила Наташа, входя в комнату.

   -Не без этого, - признался я.

   -Шёл бы ты лучше погулять. У меня сейчас психолог скоро.

   Я поднялся.

   -Тебя как всегда оставить одну?

   -Желательно бы да.

   -Тогда я съезжу в район дедушки. Посмотрю на дом, в котором он жил.

   -Съезди, - кивнула Наташа и обняла меня. – Никак не можешь смириться с его смертью?

   -Не могу, - вздохнул я. – Очень болит душа.

   -Это пройдёт, - жена погладила меня по шее. – Просто нужно больше времени.

   -Наверное…

   Я поднялся с кровати, нашарил тапочки и направился в прихожую.

   -Ты не спеши, мне часа два, - предупредила Наташа.

   Застегнув пальто, я вышел из квартиры. По телу разливалось сладостное предвкушение очередного погружения в своё детство. Я твёрдо поставил себе задачу преодолеть свою тягу к ностальгии. Мне очень хотелось, чтобы этот мой визит в Перово стал последним. Однако в глубине души я знал, что это так и останется несбыточной мечтой…

   Выйдя из метро, я пошел вдоль рядов магазинов в сторону школы, в которой когда-то учился. Уже стемнело, и фонари красиво освещали тронутое временем здание. Шагая по утоптанному снегу, я зашёл на территорию с черного хода и направился к главному входу. Школа, разумеется, была уже закрыта.

   На меня нахлынули воспоминания. Как меня дворами до нее вела мама, и мы обсуждали, куда пойдём гулять в выходные. Как до этого я собирался на занятия, смотря по телевизору «Кота по имени Ик». И как потом весь школьный день мечтал скорее снова увидеть маму, пойти домой и смотреть мультики. Ну и как-нибудь между делом сделать уроки…

   На школьном дворе резвились подростки. Они не видели меня, который вот уже несколько минут сосредоточенно наблюдал за ними. Потом я покинул школьный двор и пошёл в сторону своего дом, где когда-то жил. Тот дом снесли, и на его месте построили кирпичную многоэтажку. На первом этаже располагались магазины, а когда-то жили мы с родителями.

    Я присел на качели и закачался. Из подъезда напротив вышел какой-то человек. Он остановился, пристально посмотрел на меня. Как будто узнал. Его лицо мне тоже показалось знакомым. Человек двинулся в мою сторону.

   -Патрик? Патрик Штейн?

   -Да…. Я…. А вы, простите?

   -Не узнаешь?

   -Х…м… Аркадий?

   -Эдик Буйнов, ну ты что!

   -Эдик!

   Мы обнялись.

   -Надо же! Сколько лет, сколько зим!

   -Как ты здесь оказался? Не увидел, не поверил бы. Ты ж переехал!

   -Да так, на ностальгию потянуло.

   -Понятно. Ну, рассказывай, ты же у нас теперь звезда! Чикатило православной журналистики!

   -Да будет тебе, - усмехнулся я.

   -Не скромничай, не скромничай! Кто же не знает Патрика Штейна и его Шефа!

   -Не думал, что мы так популярны…

   Эдик осмотрел меня.

   -Ну что, может быть, зайдем в кафе?

   -Можно, - кивнул я, сверившись с часами. Время у меня еще было. – А ты чего так поздно на улице?

   -Пройтись захотелось. Я люблю гулять на ночь.

   За разговорами мы дошли до ближайшего кафе. Взяли кофе.

   -Сколько же мы не виделись? – спросил Эдик.

   -Семь лет, - ответил я, отхлебывая кофе.

   -Как летит время!

   -Да уж. Вот ты уже говоришь, как старый пердун.

   Эдик рассмеялся.

   -Кстати, чем ты занимаешься?

   -Я пошёл по стопам отца. Я ученый.

   -Ученый? А в какой области? Ты же вроде со мной на журфаке учился.

   -Учился, - внезапно помрачнел Эдик. – Но жизнь внесла свои коррективы.

   Повисла пауза. Я не решался ее нарушить.

   -Я умираю, Патрик, - со вздохом закончил свою мысль Эдик.

   -От чего?

   -Редкая наследственная болезнь. От матери. И никаких вариантов лечения. Отец положил на это все силы. А он у меня ого-го.

   -А кто он у тебя, если не секрет?

   -Буйнов, кандидат в президенты. Слыхал?

   -Конечно, слыхал! – дернулся я. – Про его инфаркт по всем каналам показывали!

   -Тебе, как я погляжу, он не очень нравится? – надулся Эдик.

   -Нравится не нравится, просто, ты уж извини, все политики одним маслом мазаны. Если ты понимаешь, о чем я.

   Эдик отвернулся.

   -Ладно тебе, - примирительно сказал я. – Я немного еще располагаю временем, можешь прямо сейчас повести меня и познакомить со своим отцом.

   -Это зачем еще? – изумился Буйнов.

   -Надо же знать народных избранников не только в лицо, но, и так сказать, какие они на вкус, - я привстал из-за стола. – Извини, уточню – гипотетических народных избранников. Ведь его еще не избрали.

   Эдик совсем посмурнел.

   -Так мы идем?

   Он нехотя поднялся.

   -Пошли.

   Жил он неподалеку в квартире своих родителей. Дверь нам открыл мужчина в темном костюме, судя по всему, секретарь будущего президента.

   -А, это ты, Эдик.  А кто это с тобой?

   -Это мой друг Патрик, - представил меня Буйнов.

   Мужчина пожал мне руку.

   -Часовой, адвокат господина Буйнова. Пожалуйста, Эдик, проводи нашего гостя в гостиную. Твоему папе сейчас нездоровится.

   -Как?! – вскинулся Эдик. – Опять?!

   И посмотрел на меня:

   -А я хотел тебя с отцом познакомить?

   -Кто тут хотел с кем меня познакомить?

   На пороге возник мужчина, похожий на актера Михаила Филиппова в сопровождении сухопарого старичка в белом халате.

   -Вам нельзя делать резкие движения, Алексей Бальтазарович! – предупредил он его. – Такие нагрузки не каждый нормальный человек выдержит.

   -А этот хлыщ как выдерживает?

   -Ну, Войтов на пять лет моложе. А у вас давление, печень…

   Буйнов обернулся на доктора:

   -Я ж курить бросил.

   -Хорошо, - одобрил врач. – А я вот никак не могу. Кстати, а как вы этого достигли?

   -Ну что ж, спасибо вам большое, - Часовой жестом указал врачу на дверь.

   -Да и еще, - встрепенулся тот, - Алексею Бальтазаровичу нужен покой.

   -Вот и давайте оставим его в покое.

   Мужчина подхватил свой белый чемоданчик и направился  к выходу.

   Часовой нагнал его и сунул ему несколько купюр в нагрудный карман пиджака.

   -Прошу вас помнить о конфиденциальности вашего визита.

   -Ну что вы! Что оплачено, то свято!

   -До свидания, до свидания!

   Наконец доктор был выпровожен. Часовой вернулся в комнату и сел напротив Буйнова-старшего, грустящего на диване.

   -После всего сдохнуть от какого-нибудь инсульта, - пробормотал он. – Интересно, что за смерть меня ждет…

   -Многая лета вам, Алексей Бальтазарович, - льстиво произнес Часовой. – Вы не расстроены?

   -А чего расстраиваться? – пожал плечами Буйнов. – Путь к победе лежит через препятствия. Ничего, перешагнем.

   Часовой посмотрел на меня.

   -При нем можно говорить, он в курсе, - сказал Эдик.

   -Есть новость получше, - продолжал Часовой, - Сейчас сюда приедет потомственный чародей Гийом и проведёт обряд над вашим сыном.

   -Наконец-то…

   -Какой обряд? – ошалел я. – Что за чародей?

   -Мы решились на рискованный шаг, - сказал Эдик.

   -Пойти к колдунам? – нахмурился я.

   -У тебя есть предложение получше? – подал голос Алексей Бальтазарович.

   -Позволю себе заметить, что обращение к заведомым шарлатанам – не самый умный ход, на который может отважиться человек, пусть даже и в отчаянии.

   -Пошел ты знаешь куда! – взвился Эдик. – Я могу умереть в любую минуту! Я жить хочу! Понимаешь?! Жить!

   В этот момент в дверь позвонили.

   -А вот и Гийом! – обрадовался Буйнов-старший.

   Часовой направился открывать. Эдик продолжал с ненавистью смотреть на меня.

   Часовой провёл в комнату человека азиатской наружности. При взгляде на меня он дернулся – очевидно, узнал.

   -Чумак нашего времени, - раскланился я. – Очень вам рады. Какими судьбами?

   -Эдик, уйми своего приятеля, - с неприязнью ко мне произнес Буйнов. – Тут речь идет о жизни и смерти. О Боге он нам как-нибудь в другой раз поведает. Я прав? Вы ведь собирались нам почитать проповедь, господин Штейн?

   Я посмотрел в ответ с не меньшей неприязнью, но счёл разумным промолчать.

   -Так-то лучше, - кивнул Буйнов. – Гийом, простите за сцену, которую вам пришлось лицезреть.

   -Бывает, - махнул рукой он. – На меня так нередко реагируют.

   -Позвольте ввести вас в курс дела. Мы пригласили вас сюда, чтобы вы немного поправили здоровье моего отпрыска, - Буйнов показал на Эдика.

   У меня едва не вырвалось очередное замечание, но я  удержался.

   -Мы перепробовали все народные средства, - продолжал Буйнов. – Мы обошли лучших врачей в городе, мы возили его в Тибет. Ничего не помогло. Так что будем решать проблему иным способом.

   -Вы совершенно правильно сделали, что обратились ко мне, - заверил присутствующих здесь Гийом. – Господь сподобил меня удивительным даром целительства.

   «Господь тебя сподобил! – подумал я. – Скорее Его антипод».

   -Все, что мне потребуется – отдельная комната и тишина. Чтобы нам никто не мешал.

   При этих словах он выразительно посмотрел в мою сторону.

   -Не переживайте, - сказал Буйнов- старший. – Никто вам не помешает.

   -Тогда пройдёмте, - Гийом подхватил под руку Эдика и повёл его в спальню.

   Мы с Буйновым старшим остались одни – Часовой удалился в кухню.

   -Может быть, я могу быть вам чем-то полезен, пока я здесь? – осведомился тот.

   -Снимите свою кандидатуру с выборов, - на полном серьезе сказал я.

   -Вы что, с ума сошли?! 

   -Нет.

   -Отдать победу этим прохвостам?

   -Отдайте победу, отдайте. Тем более, ее у вас нет и не будет. С чего вы вообще взяли, что можете победить?

   -Ну, я…

   -Ваш удел – максимум три процента. И то, если не успеют накрутить. Вы никому не интересны, Алексей Бальтазарович. Охват не тот. Разве можете вы тягаться с госпожой Скамейкиной по влиянию на людские умы?

   -И что же мне делать? – загрустил Буйнов.

   -Ну, например, решите миграционный вопрос. За последнее время по стране прокатилась волна вандализма с участием гостей столицы. Неужели не слыхали?

   -Слыхал, - подтвердил Буйнов. – А вы разве не видите, как мы работаем? Половина чернолицых уже разбежались.

   -Так половина же, - резонно заметил я. – А вторая-то половина осталась. Живёт на нашей территории и здравствует.

   -И что вы предлагаете?

   -Выдворить их к чертовой матери. У нас вон соотечественники без работы сидят.

   -Я подумаю, - пообещал Буйнов.

   -Подумайте. Вам же плюс к предвыборной карме.

   -А вы сами за кого будете голосовать? – полюбопытствовал Алексей Бальтазарович.

   -Так вам все и скажи, - усмехнулся я. – Пожалуй, промолчу. Это мое право, гарантированное мне Конституцией.

   -Конечно, конечно, - поднял руки Буйнов.

   В комнату вернулись Эдик и Гийом.

   -Ну как? – подскочил к сыну отец. – Как ты себя ощущаешь?

   -Пап, ну что ты, маленький? – с недоумением посмотрел на него Эдик. – Должно пройти время, прежде чем будет виден результат.

   -Вот именно, - подал голос Гийом. – Нужно время. Больше времени.

   -Вот временем как раз я не распологаю, - я поднялся. Мне было понятно, что пора удаляться.

   -Ты проводишь нашего гостя? – Буйнов – старший посмотрел на Часового.

   -Конечно, - кивнул тот.

   Когда за мною закрылась дверь, я испытал большое облегчение. Вечером, лежа рядом с Наташей, я размышлял о том, она была права относительного того, что в прошлое нельзя возвращаться. Зачем мне было развивать отношения с этим Эдуардом? Вот теперь ощущаю себя будто облитым фекалиями. В конце концов, кроме молитвы я в данный момент ничем ему помочь не мог…

   Сегодня у меня был выходной. И я посвятил его встрече с еще одним своим знакомым, правда, не таким давним как Эдуард – Родионом. Молодой человек, родителей которого сбили фактически на моих глазах, уже вполне пришел в себя, но выглядел по-прежнему бледным.

   Мы встретились в кафе на Маяковской.

   -Большое спасибо, что выполнили мою просьбу, - первым делом поблагодари меня Родион. – Извините, что пришлось гонять вас в Самару.

   -Мне было нетрудно, - ответил я. – И вам помог и город посмотрел. У меня с ним многое связано.

   Нам принесли какао. Родион был из тех редких людей, которые, как и я любят его больше, нежели кофе.

   -Как вы?

   -Пытаюсь смириться со случившемся…

   -Вы обязательно еще встретитесь со своими близкими…

   -Ой, да бросьте вы, - с раздражением произнес Родион. – Эти сказки в пользу бедных. Проходили, слышали.

   -Поверьте, я говорю от опыта. А не просто философски мудрствую…

   -Ах, ну да, вы же у нас проповедник. Вам по рангу положено.

   -Я понимаю, у вас сейчас такой период. Ничего, это пройдёт.

   -Поверьте, мне сейчас не до красивых речей. Более мирские вещи нужно решить.

   -Например?

   -После смерти отца выяснилось, что у него были долги. Не такие большие, чтобы сойти с ума, но были. Часть из них я уже выплатил. Но часть осталась.

   -И большая часть?

   Родион назвал сумму.

   -Что вы планируете делать?

   -Пойти на речку и красиво рухнуть в нее вниз головой.

   -Это вы всегда успеете. Более взвешенные идеи есть?

   -Пока что нет. Проституция?

   -Не хочу вас обижать, но у вас слишком благородный вид для этой профессии. Так что это не выход.

   -А где он выход-то?

   Родион начал буравить меня внимательным взглядом. Но у меня уже был готов ответ.

   -Скажем так, есть возможность покрыть ваш долг.

   -Каким образом?

   -Умоляю вас, друг мой, не спрашивайте меня ни о чем. Дайте мне немного времени, и я решу вашу проблему.

   -Странный вы человек, - усмехнулся Родион. – Зачем вы мне помогаете? Какой вам в этом резон?

   Я внимательно посмотрел на него.

   -Вы мне напоминаете меня лет восемь назад. Когда я так же запутался в жизни и не понимал, куда я иду. Мне очень хочется помочь вам на этом пути, наставить, поддержать.

   -Ну что же, - вздохнул Родион. – Попробуйте.

   По его виду было заметно, что его тронули мои слова.

   -Что вы думаете о погромах мигрантов? – переменил тему он.

   -О чем вы?

   -По Москве прокатилась волна наездов на ларьки гостей столицы. На днях замочили узбека. Прямо в центре столицы. Мне кажется, это спланированная акция.

   -Вполне возможно, - не слишком уверенно ответил я.

   -А еще мне кажется, что к этому имеет отношение кандидат в президенты Буйнов.

   -Почему?

   -Это горячая тема. На ней можно сделать очки. Почему у нас все так плохо? Мигранты виноваты. Вот мы их всех сейчас выдворим из страны, а ещё лучше, замочим, и тогда всё будет хорошо.

   -А Буйнов уже делал какие-то заявления на этот счет?

   -Еще как! – Родион откинулся на спинку стула. – Позавчера разгромили очередной стан мигрантов, а на следующий день этот засранец созвал пресс-конференцию. Мол, нацики, это, конечно, зло, но ведь это ответ на запрос общества. Будьте снисходительны, товарищи.

   -Мдя, - вздохнул я. – Жить становится всё интереснее и интереснее.

   После встречи с Родионом  я поехал на квартиру дедушки. В нее уже было не так жутко заходить, как в первые дни после его смерти. Рубашка, повешенная на спинку стула, будто бы говорила: хозяин жив, с ним все в порядке, он просто вышел ненадолго и скоро вернется. Я специально никуда не перевешивал ее, чтобы поддерживать иллюзию его жизни. Для меня пока что это было просто необходимо.

   Вымыв руки, я прошёл в спальню и включил ноутбук. Когда он вошёл в активную стадию работы, я зарегистрировал профиль на авито. После чего сфотографировал на телефон пару ценных вещей в квартире дедушки и разместил фото у себя в профиле, с указанием цены. А затем задумался. Мой дедушка, царствие ему Небесное, славился своей неаккуратностью, и в его доме царил хороший такой бардак. Тот, кто приедет за покупками, просто не сможет здесь нормально передвигаться. Следовало слегка навести здесь порядок.

   Я распахнул дверь и вынес первую коробку. До помойки я шел, поскальзываясь на льду под снегом. После третьей ходки мне пришло в голову, что если так будет продолжаться, уборка не закончится и к ночи. Кроме того, грохнуться совсем не улыбалось. Поэтому следующую партию мусора я просто сбросил в подвал возле подъезда.

   Через некоторое время в подъезд вышла хабалистого вида таджичка с верхнего этажа.

   -А что здесь, собственно говоря, происходит?

   -Ремонт здесь происходит, - прокряхтел я. – Капитальный.

   -А на каком основании вы тут весь подъезд загадили?

   -Выражайтесь точнее, - с раздражением ответил я. – Не подъезд, а около подъезда.

   -Я сейчас полицию вызову, - предупредила тетка.

   -А вы думаете, я без них не справлюсь? – мне даже обидно стало.

   Однако шутки шутками, но таскать тяжелые коробки и вправду было уже невмоготу. Я порылся в шкафу, достал дедушкин милицейский мундир, он был мне практически по размеру и вышел во двор. Практически сразу же на глаза мне попался мигрант.

   -Можно вас? – окликнул его я.

   Парень посмотрел в мою сторону, вздрогнул и поспешил ко мне.

   -Здравствуйте.

   -Привет, привет. Слушайте, мне тут нужно убраться в квартире. Чем быстрее, тем лучше. Ко мне скоро начальник мигрантской службы приедет. Поможете?

   Слова о начальнике мигрантской службы и дедушкин мундир произвел на гастарбайтера шокирующее впечатление. Он свистнул своего товарища, и они вдвоем принялись опустошать дедушкину квартиру. Мне оставалось только наблюдать за этим.

   Однако я предпочёл поступить иначе. Мне хотелось больше прочитать о вчерашнем посетителе Буйновых. Гийом, если верить Интернету, был потомственным колдуном и целителем. У него в кабинете было много статуэток с сатанинской символикой. Раньше бы я сказал, что это всё просто бред и шарлатанство. Но с тех пор, как я стал заниматься своей специфической деятельностью, мое мнение кардинально изменилось.  Любые контакты с силами зла просто так не проходят. Поэтому – то я вчера так встревожился из-за Эдуарда. Ему это все еще, к сожалению, аукнется.

   Мои помощники что-то давно не появлялись за новой порцией хлама. Мой взгляд упал за окно, и я обомлел. Возле подъезда стояла полицейская машина, а тучный сержант, похожий на хряка, проверял документы у гастарбайтеров. После чего гостеприимно распахнул перед ними двери автомобиля и увёз гостей столицы в неизвестном направлении.

   Меня разобрал истерический смех.  А больше всего огорчало, как теперь решать проблему с этими коробками?

   На пороге появился Эдик.

   -Великое переселение народов? – с улыбкой спросил он.

   -Как ты здесь оказался? – обомлел я.

  -Ну, ты что, забыл разве, сколько раз мы у твоего дедушки в гостях бывали?

   -Ах да…

   -Как ты? Вчера в таком смурном настроении ушел…

   -Да я-то в порядке. Вопрос как ты?

   -Отлично!

   Эдик подпрыгнул и повертелся на месте.

   -Мне так хорошо давно уже не было! Я исцелился! Слышишь, Патрик?! Я здоров!

   -Я бы на твоем месте не был так уверен, - скептически произнес я.

   -Не понял? – улыбка сошла с лица Эдика.

   -Ну, сейчас тебе получше, согласен. А что будет потом?

   -Да что потом?! Сейчас важнее всего. Потом в моем случае вообще могло бы не быть.

   -Лично я не уверен, что это «потом» и сейчас у тебя есть, - признался я.

   -О, Господи, Патрик, ну какой же ты зануда!

   Он внимательно посмотрел на меня.

   -Да, а ты действительно изменился. Раньше был совсем другим.

   -Ты тоже. Раньше бы ты никогда не стал связываться с сатанистами.

   -Да я самому бы сатане лично в ножки упал, лишь бы выздороветь.

   -И что бы он у тебя за это попросил?

   -Ай, брось. Не надо корчить из себя Булгакова. Сами предложат и сами дадут!

   -Вот тебе уже и предложили. Здоровье. Интересно, в обмен на что?

   -М-м?

   -Ты никаких перемен в своей жизни пока не обнаружил?

   -Кроме того, что я здоров, пока что нет.

   -Ну, ничего, значит, ещё впереди.

   -Слушай, да пошёл  ты!

   Вот тут Эдик разозлился уже не на шутку. Когда он захлопнул за собой дверь, я услышал тихое «Следуй за ним». Мне было понятно, Кто мне это сказал.

   -Да, Шеф, - я сделал жест, какой совершают в армии, когда готовятся выполнить приказ, и вскочил со своего места.

   Эдик был недалеко, когда я выскочил из подъезда и устремился вслед за ним. Уже начинало темнеть. Эдик шел, заложив руки в карманы, явно погруженный в свои размышления. Меня бы он не заметил при всем желании, потому что я держался на почтительном расстоянии и соблюдал все меры предосторожности.

   Однако даже я, весь такой из себя профессионал, не сразу заметил четверых мигрантов, которые направлялись в сторону Эдика.

   -Эй, слышишь, мужчина! – окликнули его они.

   Эдуард обернулся.  Я встал в более темное место, чтобы не бросаться в глаза.

   -Чего надо? – грубо осведомился мой друг у них.

  -Дай закурить.

   -Нету. И тебе не советую. У тебя на лице все признаки инфаркта.

   -Че, буксуем, да? – заплясал вокруг него, сжав кулаки, один из наезжающих. – Ща получишь у нас!

   -Ну-ну!

   Эдик наклонил голову и внезапно бросился на этого парня. С какой-то нечеловеческой силой он подхватил его и взмыл в воздух. Я просто не верил своим глазам. Эдик перевернул молодого человека вниз головой и с силой опустил на асфальт. Парень ткнулся макушкой в асфальт, а затем его тело приняло горизонтальное положение.

   Подельники пострадавшего смотрели на происходящее в полном ужасе. Они будто бы вросли в асфальт и, вместо того чтобы бежать, покорно стояли на месте. Эдуард перешел к следующему противнику. Он буквально вгрызся в его плечо. Его не смущало даже наличие на нем пальто. Парень истошно завопил. Эдик отпустил его. У него с губ стекала кровь.

   Наконец двое остальных мигрантов, догадавшись, что их ждет не менее кровавая участь, ретировались.

   Я вышел из тени.

   -Хватит, Эдик, перестань!

   Тот повернулся ко мне, и я увидел, что его лицо как будто перекосило. С его физиономии на меня смотрело какое-то сатанинское существо.

   -Во имя Отца и Сына и Святого Духа! – провозгласил я и осенил крестным знамением Эдика.

   Тот вскрикнул и повалился на асфальт. Дальше все было буднично и скучно – вызов «Скорой», приезд санитаров и доставление Эдуарда в больницу.

   Я сидел рядом с ним у его палаты до его прихода в себя.

   -Что со мной произошло? – спросил Эдик, поднимаясь на кушетке.

   -А ты не помнишь? – поинтересовался я.

   -Нет, а что?

   -Очень жаль. Много интересного пропустил.

   -Ты можешь, блин, без шуток рассказать?!

   -Могу. Ты сегодня напал на прохожих.

   -То-есть как напал?

   -Вот так.

   -Ты издеваешься что ли?!

   -Ничуть.  Ты одного ударил головой об асфальт, а другому чуть не откусил руку.

   -Боже мой!

   -А я предупреждал тебя, Эдик, свяжешься с нечистой силой – жизни рад не будешь.

   -Опять ты эту свою пластинку завел.

   -А я говорил и буду говорить на эту тему. Ты бы себя со стороны видел. Ты ведь реально вел себя как ОДЕРЖИМЫЙ.

   -Да хватит уже, - поморщился Эдик. – Без тебя тошно.

   -Тебя сколько здесь продержат?

   -Говорят, неделю.

   -Правильно, приди в себя.

   Я встал.

   -Извини, мне пора. Я тебя еще навещу.

   -Патрик!

   Я обернулся.

   -Почему твой Бог мне не помог? Я ведь не от хорошей жизни к этому Гийому обратился.

   -Честно, не знаю. Почему одним помогает, а другим нет. Мне Он об этом не отчитывается. Знаешь, возможно, нам нужно перестать воспринимать Бога как чудотворца. У которого попросил чуда, и Он тут же его выполнил. Как будто монетку в автомат заложили. Это так не работает. Бог – это Личность, и почему Он на что-то не реагирует – ведомо только Ему.

   В то же самое время Буйнов-старший отдавал приказания начальнику городской прокуратуры.

   -Ты же прокурор, надзирательная  инстанция! Вот и укажи им! Доказательств на этих пацанов нет.

   -Ну, вы же понимаете. Вон пресса вой подняла. Скинхеды, резонансное дело. Мне мэр указание дал – по всей строгости. Ну что я могу?

   -А я что мог? Что я мог, когда я вот в этом креслице сидел, а ты у меня замом бегал? Что я мог, когда твоего пацана с наркотой поймали? Надо было по закону, да? По всей строгости?

   -Вы же знаете, как я благодарен. Но что я теперь могу? Теперь что?

   -Я же сказал, ничего. Ну, спусти на тормозах. Без рвения.

   -Какое там! Вон проходу не дают! Каждый день эти митинги по ящику.

   -Ну и скажи – дур алекс, дурной закон. Демократия, едрить твою…

   -Ну да. А потом проверки.

   -Да ничего, никаких проверок не будет. Ну, потерпи до выборов, а? Я тебе потом этих пацанов сам подарю. С потрохами. Они мне вот уже где. Ну, добро?

   -Ну, вот и ладненько. Ну, давай, прокурор. Карьерой мы тебя обеспечим.

   Поясню о чем речь – за последнее время, как я уже рассказывал, в городе участились случаи нападения на мигрантов. Во всех случаях действовала хорошо организованная группа скинхедов. В последний раз они зашли слишком далеко – устроили массовый поджог торгового центра в Люблино. Большинство участников акции были задержаны и доставлены в отделение. Главарю банды удалось скрыться.

   Обо всем этом я читал, вновь будучи на квартире у дедушки. К двум часам должен был приехать курьер. Мне удалось найти покупателя на холодильник. Цена за него мною, по уверениям знакомого комиссионщика, оказалась завышена.

   -Тебе больше пяти тысяч за него не дадут, - с презрением произнес он. – Это и то в лучшем случае.

   -Посмотрим, - с гордостью ответил я.

   И действительно, поначалу на Авито никто не откликался на мое объявление. Но потом один батюшка вышел со мной на связь.

   -Патрик, здравствуйте. Я хотел бы приобрести у вас холодильник.

   -Хорошо, нет проблем. Можете завтра.

   -Отлично. Сейчас напишу адрес.

   -Правда, есть небольшой нюанс.

   -Какой же?

   -Я тут давеча на Авито кое-что продавал. Человек божился, что он не мошенник. Даже прислал свое фото вместе с паспортом. А ссылку, откуда я могу, так сказать, скачать свое вознаграждение, оказалось, вела на мошеннический ресурс. В результате этого я лишился всех денег, которые у меня были на карточке. Поэтому просьба или наличными или деньги вперед.

   -Ну, вы меня в таком случае тоже поймите. И меня надували.

   -Я вас понимаю.

   -И что мы будем делать?

   -Не знаю. Предлагайте.

   -Я тоже не знаю. Я в командировке сейчас как назло.

   -Эх…

   -Могу дать вам контакты моей супруги. Она примет.

   -Отлично. Давайте так и поступим.

   Получив телефон матушки, я связался с ней. И, честно говоря, слегка обалдел от тона общения. Женщина с самого начала отнеслась ко мне несколько высокомерно.

   -Вы мне сказали, что приедете. Когда? Ко скольки?

   -Ну, я…

   -Почему я должна сидеть дома, ожидая вас? Скажите, пожалуйста. Мне больше заняться нечем?

   -Ну, подождите, - совсем растерялся я. – Мы же даже еще не обговорили время.

   -Вы сначала говорите, что приедете. Потом начинаете юлить по времени.

   -Я вам сказал, что приеду в течении дня. Какое-то конкретное время вы изначально не просили меня назвать.

   -Как же не просила? Это само собой подразумевалось. У меня ведь тоже дела есть.

   -Да пошла ты со своими делами! – вышел из себя я.

   В гневе мною так же было написано письмо ее мужу с пожеланием ему провалиться за тридевять земель, а для начала бодрым шагом пойти по известному русскому адресу. После чего супруг вместе со своею женой были отправлены мною в черный список.

   И вот сегодня я ожидал очередного потенциального покупателя. Вернее, курьера от него. Мы созвонились накануне.

   -Вы далеко живёте?

   -Нет. В районе Саларьево. Там от метро недалеко есть поселок городского типа. Вот там мы и проживаем.

   -О, отлично. Я могу приехать вместе с водителем, курьером-то есть. Вы увидите холодильник воочию, а я получу деньги.

   -Прекрасно!

   Такая сложная процедура была установлена нами, потому что этот человек так же мне не доверял. Но я отказался переводить деньги вперед. Поэтому мне было предложено проехать вместе с грузчиком-водителем до его дома, и со мной расплатятся на месте. Меня это устроило.

   К приезду грузчика холодильник был полностью готов к транспортировке. Мы с веселым армянином погрузили его в кузов и погрузились в кабину.

   Водитель вытащил сигареты.

   -А вот курить не надо, - предостерегающе сказал я.

   Армянин с разочарованным видом спрятал пачку.

   -Совсем не куришь? Ни сигареты, ни электронки?

   -Нет. И на «вы», пожалуйста.

   Больше за время дороги мы не перекинулись ни словом.

   До места назначения он довёз меня за час. Все это время я периодически отсылал фото покупателю, чтобы он видел, что его деньги ушли не впустую (транспортировку оплатил, конечно же, он).  Я выбрал самую дорогую машину, чтобы добраться с комфортом, но мужику предпочел не сообщать об этом.

   Когда мы въехали на территорию посёлка, мы практически сразу же упёрлись в шлагбаум.

   -Ну ё-моё! – вызверился армянин. – Вы же звонили, предупреждали.

   Я презрительно покосился на него и вновь связался с семей мужика. Через минуту шлагбаум подняли.

   Я выглянул из окна. Под колесами машины заблестел лед, и нас начало заносить.

   -Тоже мне, элитный поселок! – ругался водитель. – А дороги дерьмовые!

   -Не говори, - усмехнулся я.

   До нужного нам дома мы доехали минуты за две. Возле ворот скучал мальчишка в черной куртке и шапке.

   -Это за нами, - вслух сказал я.

   Когда мы подъехали, парень потёр руки.

   Я выпрыгнул из кабины и сказал:

   -Привет. Я Патрик. Помогите нам, пожалуйста, отгрузить холодильник.

   Боковым зрением я заметил стоящую на пороге дома женщину. Очевидно, это была жена покупателя.

   -Взяли! – скомандовал армянин.

   Мы подхватили холодильник, но, точнее, армянин и парень. Я же больше делал вид, что помогаю, в основном, просто присутствовал около них.

   Армянин ударил холодильник о стену.

   -Ай, шайтан! – вырвалось у него.

   -Да, ну ничего, ничего, бывает! – успокоила его женщина.

   Наконец, холодильник был поставлен куда нужно.

   Я повернулся к женщине.

   -Ваш муж обещал, что вы меня до города подбросите.

   -Да, конечно, я уже собираюсь. Мне как раз на работу.

   -У вас можно  в туалет зайти?

   -По коридору налево первая дверь.

   -Спасибо!

   Я прошел в туалет. Он был таким же роскошным, как и весь дом. Во мне пробудилась зависть. Чувство нехорошее, но такое присущее человеческому роду со времен Каина.

   Чтобы хоть как-то удовлетворить его, я справил нужду прямо на бархатный коврик возле сортира.

   -Вот вам, буржуи!

   Вскоре мы уже неслись в машине в сторону Москвы.

   -За кого голосовать будете? – будничным тоном поинтересовался я.

   -А что есть выбор? – горько усмехнулась женщина. – Вон, Бубенцову не допустили же.

   -А вы за нее хотели?

   -Ну, возможно.

   -Она не прошла бы, - с грустью заметил я. – У властей сейчас вся политика нацелена на борьбу с мигрантами. И на нравственность, вспомните вечеринку Мавлеевой. И тут очень в масть кандидат Буйнов. Вон как он приструнил чернолицых.

   -Ой, да ну ее, эту политику, - вздохнула женщина. – Мне и без нее проблем хватает.

   -А, кстати, я вот иногда задумываюсь о получении прав. Это сложно?

   -Я их купила, - чистосердечно призналась женщина.

  -Что вы говорите!

   -Ну а как, простите меня, может быть по-другому? Они так все устроили, что только за взятку можно по-человечески сдать на права. Что я и сделал. И дочке права купила.

   На этих словах она довезла меня до ближайшего метро. На нем я добрался до больницы, где со вчерашнего вечера находился Эдик. После нашего разговора ему стало совсем нехорошо, и отец поместил его в хорошую дорогую клинику. На территории больницы даже располагалась небольшая церковь. Пока я направлялся в палату, кто-то как раз звонил в колокола.

   Эдик встретил меня не в лучшем расположении духа.

   -Пришел посмотреть на мои мучения? – хмуро спросил он.

   -О чем ты?

   -Ты всегда пытался выглядеть лучше на моем фоне. Ну, конечно, Патрик Штейн – звезда нашего факультета! Лучший из лучших!

   -Прекрати, ты не в себе.

   -Я в себе! – заорал Эдик и швырнул в меня какую-то склянку. Я уклонился, и она разбилась об оконное стекло.

   -Скажи, в чем я перед тобой виноват?

   -Ты ходишь и всем вокруг кричишь о своем добром Боге, Который всем помогает. Вот только почему-то ко мне он глух!

   -Ты что, уже прямо безнадежно болен? Нет никаких шансов?

   -Представь себе! От хорошей жизни меня бы так не ломало!

   -А что же тот колдун? Не помог тебе?

   У меня не получилось скрыть иронии.

   -Так ты еще и смеешься?! – вскипел Эдик и вновь запустил в меня какой-то вещицей. – Всем на меня наплевать! Отец только и думает, как бы взгромоздиться на вершину власти! Ты занят спасением мира! И только я тихо умру здесь в одиночестве.

   Он помолчал.

   -Думаешь, я не знаю, почему мой папаша запихнул меня сюда? Потому что здесь, если что, сразу напишут, что я сдох по собственной инициативе. Меня никто не убивал. Идеальная семейка Буйновых. Можно будет даже потом в газетах давить на жалость аудитории. Мол, смотрите, как судьба со мной жестоко обошлась – сыночек откинулся. Пожалейте меня, проголосуйте за меня!

   Я понял, что с этим человеком сейчас говорить абсолютно бесполезно.

   -Помнишь, я тебе не советовал связываться с этим доморощенным Кашпировским?

   Эдик отвернулся к окну.

   -Посмотри на себя. Ты сам не свой. Демоны по одному не приходят…

   -Ой, оставь, пожалуйста, свои проповеди для какого-нибудь другого раза!

   -Если, конечно, он у тебя будет, - хмыкнул я.

   -Пошел вон! – заорал Эдик. – Чтобы я не видел тебя больше здесь!

   Я выскочил в коридор. Мне навстречу шел Буйнов-старший.

   -Как он? – спросил отец. – Вижу, а, вернее, вижу, что не в духе.

   -Это мягко сказано…

   -Патрик, я хотел бы извиниться за своего сына.

   -Да ничего страшного, я все понимаю.

   -И тем не менее.

   Буйнов-старший помолчал.

   -Знаешь, я не скажу, что слишком много и хорошо знаю тебя, но мне бы хотелось, чтобы мой сын хотя бы на пятнадцать процентов был похожим на тебя.

   Я посмотрел ему прямо в глаза.

   -У него нету твоей выдержки. Твоей смелости. Креативности.  К сожалению, он пошел в свою мать.

   Последние слова Буйнов произнес с явным отвращением в голосе.

   -Да будет вам…. Эдик хороший парень, просто переволновался.

   -Знаешь, когда-то давно я читал статью, ее написал Макаревич. Да, да, тот самый из «Машины времени». Так вот, в ней он утверждал, что пресловутый рак возникает только у слабых людей. Которые отчаялись бороться. Тогда их организм просто сам запускает систему самоуничтожения. Ах, ты не хочешь бороться за свое существование? Ну, значит, и я не буду и выпущу метастазы.

   Он снова ненадолго умолк.

   -Мой сын – очень слабый человек. А я всю жизнь терпеть не мог слабаков.

   Он протянул мне руку. Я ответил на его рукопожатие.

   Когда за мной закрылась парадная дверь, Буйнов старший какое-то время постоял в нерешительности перед палатой сына, а потом вслух сказал:

   -Пожалуй, навещу его позже…

   Ни он, ни я не догадывались, что Эдик слышал наш разговор. Он подошел к окну. Дождавшись, когда и я его отец покинут территорию больницы, он оделся, спустился вниз и направился к храму.

   Внутри никого не было. Эдик опустился на колени перед распятием и начал чуть слышно говорить:

   -Я, Эдуард Буйнов, смиренно и униженно… прошу, убей Патрика Штейна…

   В этот момент какая-то невидимая сила в буквальном смысле выбросила его из храма.  Андрей больно ударился спиной о дверь и покатился по ступенькам собора. Наконец он зафиксировался на асфальте. Спина невыносимо болела.

   Буйнов приподнялся на локтях, пытаясь осознать, что с ним происходит. Понимания не было. Зато было чёткое осознание, что его кто-то зовет. И это был не Бог. Бог отказался от него. Только что. Явно. Окончательно. Что ж, тогда и он откажется.

   Буйнов встал, отряхнулся и направился обратно в палату. Персонал уже покинул ее стены, и на его пути попалась только девочка с регистратуры.

   -Эдуард Алексеевич, ну что же вы… Вам нужно лежать…

   Эдик отмахнулся от неё и вызвал лифт. В лифте он смотрел на своё отражение в зеркале и понимал, что назад пути у него нет. Когда он вошёл в палату, уже совсем стемнело. Лунный свет врывался в комнату сквозь небрежно занавешенное окно и тускло освещал комнату. По этой лунной дорожке, которая, как поётся в песне Антонова, блистает серебром, Буйнов дошёл до прикроватного столика и взял с него футляр, оставленный Гийомом. Внутри обнаружился небольшой кинжал. С вашего позволения, не стану приводить слова, которые тогда произнес Эдуард, но обряд он совершил.

   Теперь он стоял у окна и смотрел на засыпающий город. Внутри него зрела ненависть ко мне. И тот, кто сейчас подпитывал его душу, получив её в своё полное распоряжение, внушал ему отдаться ей. Андрей вытащил телефон и позвонил мне, пригласив на встречу.

   -Мы изменим мир, - говорил голос в его голове. – Не будет больше больных, увечных, хромых. Не останется страданий. Не будет боли.

   -Да, - вслух отвечал этому голосу Эдик.

   Он вздохнул и вновь покинул палату. Персонал уже покинул ее стены, и на его пути попалась только девочка с регистратуры. Она взвизгнула, взглянув на лицо молодого мужчины. Глаза у него горели красным огнем, передние зубы превратились в клыки, а по всему лицу расползлись черные узоры.

   Хлопнула входная дверь. Появился его отец в сопровождении своих головорезов.

   -Эдик?! – с ужасом произнес он.

   -Нет, - прохрипел сын, - теперь мы Слякоть!

   Он протянул руку и с силой ударил одного из подручных отца. Тот ткнулся лицом в монитор компьютера. Остальные выхватили пистолеты.

   -Нет! – встал между ними и сыном отец. – Не убивайте его! Просто…. Разделите их!

   Слякоть сжал кулаки и приготовился к бою. Следующего противника он перевернул вверх ногам и ударил головой об пол. Другому переломал позвоночник прямо в воздухе.

   -Сын, я понимаю, что был неправ! – надрывался Буйнов. – Патрик был прав! Нам не стоило обращаться к этому Гийому!

   -Гийому! – хрипло повторил Слякоть.

   Еще одного подручного отца он отправил в дальний полет в другой конец коридора головой вперед.

   Расправившись со всеми охранниками, он плечом вынес окно и выпрыгнул во двор. Его рев огласил окрестности. Навстречу ему неслись несколько полицейских машин. Слякоть вцепился в фонарный столб, к своему удивлению довольно легко вырвал его и запустил в полицейских. Ударной волной их отнесло в сторону и прибило к стене. Досталось и нескольким машинам.

   -Мы злы! – взревел Слякоть.

   На втором этаже открылось окно, и появилось встревоженное лицо Буйнова.

   -Эдик, остановись, прошу тебя!

   Слякоть поднял на него голову.

   -Я совершил ошибку, но я могу все исправить!

   Слякоть схватил с земли бутылку и запустил ею в отца. Тот поспешно затворил окно. Слякоть перемахнул через забор и растворился в вечернем сумраке.

   Уже упомянутый мной Гийом как раз собирался уходить домой, когда услышал хлопок двери. Он устало обернулся:

   -Я уже собирался уходить.

   -Я вас надолго не задержу.

   Гийом узнал его. Это он вчера был его клиентом. Интересно, что ему здесь понадобилось?

   Нутром он ощущал, что добром их внезапная встреча не закончится.

   -Как вы? – осторожно поинтересовался он. – Вроде бы вам лучше?

   -О, да, - вкрадчиво произнес Эдик. – Мне гораздо лучше.

   -Ну, тогда, я, пожалуй, вам больше не нужен, - больше вопросительно, нежели нерешительно произнес Гийом. – Мне нужно идти.

   Он попытался выйти из комнаты, но Эдуард втолкнул его обратно. Он налетел спиной на стол и сбил несколько статуэток демонов. Те с демоническим грохотом приземлись на пол.

   -Ч-что вам нужно? – дрожащим голосом произнес Гийом.

   -Ты. Нам нужен ты.

   Эдик схватил его за горло. Гийому показалось, что он задохнется буквально через секунду. Лицо Эдуарда почернело. Глаза изменили расцветку. Теперь сквозь него словно взирал демон.

   -Ты должен умереть, - произнес Слякоть. – Ты вызвал меня из самых глубин тьмы.

   Он поднял его совсем к потолку.

   -Отпусти…. Отпусти меня, - хрипел Гийом.

   -Ты достиг этих высот, чтобы упасть глубоко.

   Слякоть резким движением сорвал голову с шеи Гийома, поиграл ею как мячиком и выбросил в окно. Голова шлепнулась под ноги прохожей, та завизжала и убежала.

   Слякоть выглянул на пустую улицу. С неба валил снег. Он с ненавистью посмотрел на купол собора на соседней улице и произнес:

   -Мы вырвались на свободу. Теперь нас ничто не остановит. И наша единственная цель – помешать Тебе править на этой земле.

   Между тем ваш покорный слуга закончил занятие и отпустил студентов. Сегодня у меня была лекция в учебном центре в Зарядье. Там меня пригласили выступить моя одноклассница Теона. Еще когда я подходил к парку, я стал свидетелем драматичного инцидента.

   К Теоне приставал какой-то не вполне вменяемый человек. По всей видимости, отвергнутый ею поклонник.

  -Теона! Вот ты где!

   -Гейдар! – с презрением произнесла девушка. – Сколько раз я тебе говорила, чтобы ты больше здесь не появлялся?!

   -Я не могу без тебя, Теоночка! – он фактически упал перед ней на колени. – Я люблю тебя, Теоночка!

   -Прекрати, ты не в себе! – Девушка попыталась поднять его, но парень упорно не хотел вставать с колен.

   -Ты просто меня не знаешь, Теоночка! Я докажу тебе! Что мне сделать? Ну чем я хуже этого твоего чинуши? Хочешь я научусь готовить?!

   -Ты смешон! – презрительно произнесла Теона.

   -Савинкова, любовь моя! Савинковочка, дорогая! Не бросай меня!

   Я решительно подошел к ним.

   -Теона, проблемы?

   -Да есть небольшие, - признала девушка.

   Я ударил навязчивого Гейдара в живот, после чего пинком сопроводил его к выходу.

   -Ты ответишь мне за все, жидовская морда! – орал напоследок он. – Катись в свой Израиль!

   -Рада тебя видеть, - обняла меня Теона. – Экстремально ты тут свой курс лекций начинаешь!

   Она даже не подозревала, как впоследствии окажется права.

   После окончания лекции у меня зазвонил телефон.

   -К вам некто Родион Завьялов, - сообщил охранник.

   -Пропустите.

   Отсоединившись, я вышел в коридор. Навстречу мне уже шел молодой человек.

   -Здравствуйте, Патрик. Зачем вы меня вызывали?

   -Давайте пройдём в класс. Не будем обсуждать такие темы на ходу.

   -Слушаю вас.

   Я протянул ему конверт.

   -Что это?

   -Деньги.

   Парень недоуменно посмотрел на меня, а потом заглянул в конверт.

   -Не может быть! – воскликну он.

   -Используйте их с умом.

   Парень бросился обнимать меня:

   -Спасибо вам! Спасибо огромное!

   -Родион, успокойтесь, - отбивался с улыбкой я.

   -Такая большая сумма! Как вам удалось?

   -Пришлось применить немного смекалки.

   Мы помолчали.

   -Я часто думаю о них, - признался Родион. – О своих родителях. Скажите, для чего Он это допустил?

   -Не знаю, - честно признался я. – Но, вот знаете, недавно на глаза попался хороший материал. В нем автор рассуждал на тему того, что Шеф, конечно, мог бы забрать Гитлера раньше, и он бы не натворил таких дел, но почему-то этого не сделал. Значит, был смысл в том, чтобы история Европы и всего остального мира развивалась именно по такому сценарию.

   -Простите, кто забрал? – переспросил Родион. – Шеф?

   -Да, Шеф. Я так называю Бога.

   -Оригинально.

   -Чем думаете заняться?

   -Мне нужно в ближайшее же время устроиться на работу.

   -Но вам же еще нет восемнадцати.

   -Скоро будет. А пока буду ишачить полдня. Каким-нибудь упаковщиком в Садоводе.

   Вновь повисла пауза.

   -Не хотите задержаться? – предложил я. – У меня сейчас будет занятие у третьего курса. Посмотрите, может быть, тоже захотите к нам поступать.

   -Вы думаете, из меня получится журналист? – с усмешкой спросил Родион.

   -Ну, мало ли, - хихикнул я. – Все во власти Бога. Так что ничего нельзя исключать.

   Студенты начали медленно наполнять аудиторию.

   -Останетесь? – спросил я.

   -Да, - решительно кивнул Родион.

   Я встал у стола и обозрел студентов.

   -Ну что, друзья мои, на повестке Новый год. На этот раз я не буду описывать какие – то случаи из своей жизни, сегодня я хочу поговорить о Боге: о нашем Создателе. Я говорил о нем и раньше, но все больше в предисловиях, как – то мельком. Теперь я решил, что пришло время посвятить Ему отдельный рассказ.

   Нам внушается порочнейшая мысль, что все религии одинаковые, что всё равно, как верить, и что вообще все они придуманы людьми, и можно успокоиться. При этом не берется во внимание тот факт, что учеными – исследователями не найдено ни одно народа, ни одного племени, у которого бы не было религии. И это говорит не только профессор Осипов, которого я глубоко уважаю, и когда вижу по телевизору его лекции, оставляю в стороне все свои дела и сажусь смотреть. Даже древние люди хоронили своих соплеменников по каким – то обрядам. Уже, значит, что – то было…

   На одном форуме я прочитал, что одному человеку неприятно, что его, видите ли «Бог вылепил из земного праха, из грязи всякой». Вам приятнее думать, что вы произошли от скотинки? Я готов каждому читателю этих строк лично прислать статью о том, что учеными уже давно доказано, что все мы произошли от ОДНОЙ женщины. Да и наличие душ у людей тоже давно подтверждено той же наукой.

   Кстати, почему мы так безоговорочно верим науке? Которая уперлась в свою веру под названием «Атеизм» и не хочет смотреть в другие стороны? Атеизм – это именно вера, ничем не подтвержденная в отличие от религии, которая предлагает способы проверки.  Вы знаете, что наука строится на фактах. Но мир, как признают те же ученые, бесконечен и, следовательно, познавать мы его будем бесконечно. Как же мы можем быть уверены в научных знаниях, если их завтра же можно опровергнуть?

   Вот говорят, как Христос мог ходить по воде, как он родился от Святого Духа, как ангел являлся Илии, это было самовнушение, ученые доказали, смотрите! Что я на это отвечу? Во – первых, и Библия говорит, что ангелы часто являлись людям в видениях. Потом почему – то после научных опытов люди не оставались сытыми в отличие от Илии. И в – третьих, если бы Христос родился сам по себе, вот здесь еще можно было бы поспорить, но ведь он родился от Духа! Разница есть? Что не подвластно человеку подвластно Богу. А мы все время пытаемся низвести Христа до уровня обычного человека, просто что – то такое понявшего. Неправильно это.

   Мне очень обидно за мое и последующие поколения. В какое время они будут жить? Воистину «когда придет Сын Человеческий, найдет ли Он веру на Земле?». «В людях охладеет Любовь». «Пребывающий в Любви в Боге пребывает». Глядя на наше современное студенчество, я понимаю, что все мы пребываем в Сатане.

   Мой взгляд зацепился за человека, стоящего на  площадке на другой стороне парка. Я узнал его.

   -Ребята, извините, мне нужно отойти!

   Я выбежал из аудитории, слетел по лестнице и выскочил в парк. Эдик стоял ко мне лицом и тяжело дышал.

   -Что ты здесь делаешь?

   -Мы пришли закончить начатое, - прохрипел Слякоть.

   -О чем ты?

   Лицо Эдика перекосила гримаса. Теперь на меня смотрел демон.

   -Иди к нам.

   Я поежился, вспомнив, что забыл захватить с собой пальто. Слякоть метнулся в мою сторону, но мне удалось увернуться. Эдуард упал на асфальт и ударился о него лицом.

   -Эдик, возьми себя в руки! Ты не в себе!

   -Ты не должен был лгать мне, Патрик! – процедил сквозь зубы Эдик.

   Я промолчал.

   -Наши отцы положили жизни на то, чтобы создать меня. И теперь ты умрешь!

   Он выбросил вперед руку, но я успел увернуться от удара.

   -Помнишь этот парк? – рычал Эдик. – Мы снимали здесь клип. Ты понукал мной! Я был словно твой раб!

   Он замахнулся вновь и на этот раз удачно. Я упал на асфальт.

   -Знаешь, почему мы здесь? – ревел надо мной Андрей. – Потому что здесь ты впервые унизил меня. И здесь же всё и закончится!

   Мои попытки образумить его не возымели эффекта. Он поднял на меня свое перекошенное от ненависти лицо.

   -Наш отец любит тебя больше, чем нас!

   -Успокойся, ты не в себе!

   Слякоть каким-то молниеносным движением приблизился ко мне и схватил меня за шею. Я почувствовал, как начал задыхаться.

   -Эдик…. Не надо…

   На мое счастье,  я на днях причащался, и Шеф был во мне. Это придавало сил, причем не в переносном значении. Я ощутил, как внутри меня действует еще одна сила. Благодаря ей я смог сбросить с себя Эдика. Тот откатился в угол площадки.

   Я поднял голову и увидел, что практически весь институт наблюдает за нашим поединком.

   -Смотри! – рычал Слякоть. – Это твои ученики! Пусть они увидят, как их учителя разорвет на кусочки!

   Он вновь кинулся на меня. На этот раз мне удалось увернуться. Со стороны шоссе послышался вой полицейской сирены.

   -Ты вызвал ментов? – с ненавистью посмотрел на меня Слякоть.

   -Да что ты, когда бы я успел…

   Машина затормозила возле института.  Полицейские выскочили из нее.

   -Руки вверх!

   Я исполнил приказ. А вот Эдик и не собирался этого делать.

   -Я буду стрелять! – предупредил один из шерифов.

   -Попробуй, - прохрипел Слякоть.

   Произошел выстрел. Но пуля абсолютно никак не навредила Эдику. Он подошел вплотную к продолжавшему стрелять в него копу, схватил его за голову и сорвал ее с шеи. В воздух взметнулись брызги крови. Довольный Слякоть отшвырнул голову в сторону.

   -А-а-а! – истошно завопил его напарник. Он прыгнул в машину, и та, мерцая сиреной, умчалась с места происшествия.

   Слякоть повернулся в мою сторону:

   -А теперь ты…

   Он сделал шаг и наступил в оголённый провод, который остался после разрушения фонарного столба. В воздухе заискрило. Я зажмурился. А когда открыл глаза, Слякоти уже не было. Я стоял один посреди пустого парка, поливаемый снегом и не знал, что мне делать. Продолжать занятия я в любом случае не мог. Мне нужно было найти Эдика. Во чтобы то ни стало.

   Рискуя быть уволенным, я поспешил в метро, даже не вернувшись в училище попрощаться с Родионом и, уж тем более, не уведомив коллег о своем отсутствии в ближайшие пару часов. В вагоне поезда я ехал, прижавшись к стеклу. Несмотря на то, что у меня были закрыты глаза, перед ними стояло лицо Эдика, перекошенное от злобы на меня. Этот демон окончательно овладел им.

   Мой путь лежал к нему домой. Когда я подходил к его дому, какие-то старушки у подъезда вздрогнули при моем появлении. Но я не обратил на них никакого внимания.

   Дверь в квартиру Эдика оказалась незапертой. Я прошел в прихожую. В воздухе стоял спертый воздух. Не зажигая свет, я прошел к окну и распахнул его. Какое-то время стоял, глядя на дорогу. Примерно так же я в последний раз стоял в квартире дедушки. Пытаясь вызвать в памяти те ощущения, когда мы вместе находились в этой комнате…

   Прекратив предаваться ностальгии, я принялся за обыск. В комнате мною не было найдено ничего необычного. Зато в ванной под раковиной мною был обнаружен небольшой тайник, в котором я нашел рецепт приготовления снадобья для вызова Слякоти.

   -Не слишком гигиенично, Эдик, но ловко, - оценил я. – Теперь мистер Буйнов получит хороший урок. Нехорошо связываться с демонами.

   Неожиданно я почувствовал, что нахожусь не один в этой душной и грязной квартире.  Ваш покорный слуга вышел в прихожую и увидел отца Эдика.

   -Вам не говорили, что незаконное проникновение в чужое жилище – это уголовно-наказуемое деяние? – поинтересовался он.

   -Это вы мне будете говорить про закон? – презрительно поморщился я. – Вы, который вскормили группу скинхедов для того, чтобы поднять себе политических очков на теме национализма? Вы, который наняли непонятного колдуна для того, чтобы якобы исцелить сына? Вместо того, чтобы отвезти его к хорошему врачу. Кстати, к вашему сведению, колдуна больше нет в живых.

   -А что с ним? – будничным тоном поинтересовался Буйнов.

   -Ваш сын оторвал ему голову.

   Буйнов передернулся.

   -Какой ужас.

   -Знаете, лично я по этому поводу испытываю по этому поводу двойственные чувства. С одной стороны да, мне жаль его, с другой – это достойный итог для человека, торгующий подобными услугами. За сотрудничество с нечистой силой рано или поздно приходится расплачиваться.

   -Считаете, я тоже уже расплатился? – спросил Эдуард. – Мой рейтинг после этой истории упал до нуля. Я проиграю выборы, к бабке не ходи.

   -И по этому поводу я тоже вряд ли расстроюсь. Тем более, в мои планы и не входило за вас голосовать.

   Мы помолчали.

   -Что вы намерены делать? – нарушил тишину Буйнов.

   -А вы? – ответил я вопросом на вопрос.

   -А что я?

   -Ваш сын практически угробил себя. Я не знаю, где он и что с ним, но он по-прежнему носит в себе этого демон. И до добра это его точно не доведет.

   -Вы могли бы помочь, Патрик? – взмолился Буйнов. – Ведь вы же вроде что-то типа экзорциста!

   -Я всего лишь рассказываю людям о Боге, не более. И потом, что я могу сделать? Ваш сын пропал. Его для начала нужно будет разыскать. Уж что-что, но я не сыщик.

   -Но вы же раскрыли несколько преступлений!

   -Случайно. И я не планирую это делать своим хобби.

   Мы вновь помолчали.

   -Я потерял всех. Духовника, дедушку. Друга.

   -Главное, не потеряйте себя, - настоятельно посоветовал Буйнов.  - Не берите на себя слишком многое, Патрик. Вы не можете спасти всех. Вы не Господь Бог.

   -Спасибо, что напомнили мне об этом.

   -Это все, что я могу сделать, коли не могу рассчитывать на ответную помощь в поисках моего сына.

   Он встал из-за стола.

   -Не живите прошлым, Патрик. Что было, то было. Их всех уже не вернёшь. А вы рискуете прожить не свою жизнь и даже этого не заметить.

   Я остался один. Мне казалось, Эдик где-то недалеко и наблюдает за мной. Я прямо чувствовал на себе чей-то пристальный взгляд.  Однако никого не заметил. Ах, если бы я тогда был внимательнее…

Темы этой статьи
Еще по этой теме
Похожие статьи
Шеф №49
"Шеф"- новый циклрассказов известногохристианского писателя С.Быструшкина. Анотация: "Зачем верить, когда знаешь?". Этот вопрос уже давно не дает покоя Патрику Штейну. Известный московский журналист, пережив клиническую...
Шеф №48
"Шеф"- новый циклрассказов известногохристианского писателя С.Быструшкина. Анотация: "Зачем верить, когда знаешь?". Этот вопрос уже давно не дает покоя Патрику Штейну. Известный московский журналист, пережив клиническую...
Шеф №47
"Шеф"- новый циклрассказов известногохристианского писателя С.Быструшкина. Анотация: "Зачем верить, когда знаешь?". Этот вопрос уже давно не дает покоя Патрику Штейну. Известный московский журналист, пережив клиническую...
Шеф №46
"Шеф"- новый циклрассказов известногохристианского писателя С.Быструшкина. Анотация: "Зачем верить, когда знаешь?". Этот вопрос уже давно не дает покоя Патрику Штейну. Известный московский журналист, пережив клиническую...
Шеф №45
"Шеф"- новый циклрассказов известногохристианского писателя С.Быструшкина. Анотация: "Зачем верить, когда знаешь?". Этот вопрос уже давно не дает покоя Патрику Штейну. Известный московский журналист, пережив клиническую...
Как стать христианином – Христиане.ру