Автор: Йоханнес Раймер, почетный профессор миссионерских исследований и межкультурной теологии, бывший генеральный директор Всемирного евангелического альянса
Шотландская миссия на Северном Кавказе
В 1802 году пресвитерианская Эдинбургская миссионерская компания (позже Шотландская миссионерская общество, Scottish Missionary Society) получило разрешение царя Александра I (1777–1825) на проведение миссионерской деятельности на Кавказе среди мусульманских народов ногайцев, татар и различных племен адыгов, например, черкесов и кабардинцев.
Под руководством Генри Брантона и Александра Патерсона они поселились с 15 человек, включая членов семей, в Каррасе (сегодня Иносемцево) в непосредственной близости от города Пятигорска, среди местных ногайцев. Они договорились с российским правительством, что будут изучать язык местных жителей и переводить части Библии и евангелизационные трактаты на эти языки, чтобы затем распространять их среди мусульман. Кроме того, правительство разрешило им выкупать детей и подростков, попавших в рабство горных народов, если они не были русскими и христианами, и затем воспитывать их в христианстве. Ни один из миссионеров не знал Кавказа, народов, живущих здесь, их культуры и истории. Верные своей вере, они полагались на силу Слова Божьего. Соответственно, их основной задачей был перевод и распространение Библии.
Миссионеры также не осознавали социальных и политических напряжений между русскими, которые всего несколько лет назад подчинили эту территорию своей власти, и местным населением. Как только появились первые проявления враждебности, они охотно поставили себя под защиту российских властей, тем самым став в глазах местных народов, которых они пытались евангелизировать, друзьями врага.
Миссионеры быстро приступили к своей работе. Через несколько лет части Нового Завета были переведены на татарский язык и напечатаны. А уже в 1813 году весь Новый Завет был опубликован на этом языке. Перевод в основном был выполнен Генри Брантоном, который, среди прочего, владел арабским языком. Британское библейское общество оплатило издание. В самом Каррасе была построена типография, вероятно, первая в этом регионе.
Только евангелизация не удавалась миссионерам. Даже выкупленные дети с трудом становились христианами, и многие из них снова бежали к местным жителям. Зато возросла напряженность в отношениях с местным населением. С 1814 года в Каррасе и его окрестностях поселилось несколько немецких колонистов, которые вскоре превратили этот район в немецкую колонию, но большинство шотландских семей уже в 1813 году решили покинуть Каррас и перенести свою деятельность в Астрахань, расположенную в устье Волги на берегу Каспийского моря. Вероятно, самым большим плодом их служения было обращение в христианство члена татарской династии правителей Катти Гирей.
Дом ханов Гирей (Герай) несколько сотен лет правил Крымско-татарским ханством (1441-1783) и осуществлял свою власть также над ногайцами и адыгами. Он утратил свою власть только после завоевания Крыма царской Россией в 1783 году. Но Гирейские ханы нашли себе новую социальную роль на Северном Кавказе среди ногайцев и адыгов.
Когда шотландские миссионеры переселились на Кавказ, они поселились в Каррасе. Деревня находилась под этническим руководством султана Менгли Гирея, которому царь подарил степную землю, на которой сегодня находится город Минеральные Воды. Султан был благосклонен к шотландским миссионерам. Так, вероятно, и сложились дружеские отношения между миссионерами и Гиреями.
Катти Гирей, сын отца из семьи Гирей, который, вероятно, жил среди адыгов и умер, когда Катти был еще совсем молод, примерно в 1803 году по неизвестным причинам пришел к миссионерам в Каррас. В отличие от многих своих соотечественников, он интересовался христианской верой и в конце концов обратился в христианство. Его семья и близкие родственники были далеко не в восторге от его обращения. Он подвергался сильному давлению со всех сторон, и миссионеры в конце концов передали его под защиту русской армии. Примерно в 1805 году Катти Гирей решил публично отречься от ислама и стать христианином. В 1806 году он посетил Шотландию, а в 1807 году, после возвращения в Каррас, был крещен и поставлен под защиту российской администрации.
Несмотря на все угрозы, молодой человек снова и снова пытался убедить своих соотечественников, и в первую очередь семью Гирей, принять христианскую веру, посещал их поселения и вступал в долгие дискуссии о вере во Христа и ереси ислама. Но сначала они реагировали на это только отказом и угрозами.
Вскоре после крещения Гирей поступил на службу в русскую армию, стал солдатом и уехал из Карраса. Он принимал активное участие в войне между Россией и Османской империей в 1809-1810 годах, но и здесь остался верен своей вере. В письмах миссионеру Брантону Катти Гирей сообщал, что во всех местах он усердно раздавал мусульманам части Библии и трактаты и искал с ними разговора о вере.
В 1813 году он посетил Каррас во время отпуска из армии. Здесь был завершен перевод Нового Завета на татарский язык. Это было поводом для большой радости. К сожалению, незадолго до завершения работы над Новым Заветом умер миссионер Генри Брантон, который проделал большую часть работы по переводу. Во время своего пребывания в Каррасе Катти Гирей сообщил миссионерам о своем желании полностью посвятить себя миссионерскому служению. Конечно, для этого ему сначала нужно было уволиться из армии.
Тем временем в Каррасе участились набеги мусульман-кабардинцев на колонию. Распространение миссионерами христианских трактатов и отрывков из Священного Писания среди мусульман и, прежде всего, обращение Катти Гирея в христианство вызвали их недовольство. Они напали на маленькую колонию, угнали скот и нанесли большой ущерб.
К 1814 году ситуация в самой деревне также значительно изменилась. Большинство ногайцев, коренное население этого места, покинули Каррас из-за разразившейся эпидемии. Их заменили 180 немецких переселенцев из Саратова на Волге. В 1814 году в деревне проживало 205 человек, в том числе шесть шотландских, тридцать немецких, шесть обращенных в христианство адыгских и одна татарская (или ногайская) семьи. К этому времени миссия выкупила 27 детей-рабов и крестила 10 из них. Пятеро из этих детей умерли в колонии, а четверо перебежали к кабардинцам. Один из беглецов был даже уже крещен.
После смерти своего руководителя Генри Брантона миссия решила расширить свою письменную миссию на другие языки мусульман в южной России. Однако ситуация в Каррасе была для этого крайне неблагоприятной. Итак, с 1814 года большинство миссионеров переехали в Астрахань и Оренбург.
В то время Кати Гирей жил в Санкт-Петербурге. Он по-прежнему служил в российской армии и теперь был направлен в столицу для охраны персидского дипломатического представительства. Будучи общительным человеком, он скоро познакомился со многими представителями петербургской знати и даже лично с царем Александром I. Его происхождение из рода хана Гирея открыло ему много дверей.
Но его привлекала не яркая жизнь аристократии, он интенсивно готовился к евангелизационной работе среди своих соотечественников. В Петербурге его опекали шотландские миссионеры доктор Джон Патерсон и Роберт Пинкертон, работавшие в городе. Миссионеры были активно вовлечены в работу Русского Библейского Общества (РБО), основанного царем Александром I в 1813 году, и работали над созданием филиалов РБО в регионах России с нехристианским большинством населения. Так же и в Крыму. Здесь такие филиалы были созданы в Симферополе и Феодосии. Интерес молодого Катти Гирея к евангелизации своих соотечественников встретил здесь отклик.
Особенно Роберт Пинкертон, который работал в Каррасе, проявил интерес к Кавказу. В 1816 году он отправился в Крым. Александр Патерсон, руководитель миссионерской станции в Каррасе, также посетил Крым в 1816 году, установил контакты с крымскими отделениями РБО и пообещал им свою поддержку в поставках литературы на крымскотатарском языке.
14 января 1816 года Катти Гирей был уволен из армии благодаря личному вмешательству царя Александра I. Между царем и мусульманином Гиреем, принявшим христианство, завязалась глубокая дружба. Сам царь всего несколько лет назад посвятил свою жизнь Иисусу благодаря балтийской аристократке Юлиане фон Крюденер (1764-1824). Таким образом, российская царская семья поддерживала его евангелизационные интересы.
Теперь ничто не стояло на пути миссионерской работы. Его шотландские наставники предложили ему сначала поехать в Шотландию и окончить теологическую школу в Эдинбурге. И царь лично взял на себя расходы в размере 6000 рублей. Зимой 1816 года Гирей отправился в Шотландию.
В Эдинбурге дворянин-прозелит был очень тепло принят. Директора миссионерского общества были глубоко впечатлены его образованием и преданностью делу и отправили его учиться в Лондон. Здесь он посещал почтенный Old Homerton College. И здесь он разработал свою идею миссионерской школы в Крыму для мусульманских детей, которые здесь обучались бы, приводились к вере , а затем отправлялись обратно к своим соотечественникам по всей России.
В 1817 году Гирей вернулся в Россию и представил свою идею царю Александру I. Тот был очень впечатлен этой идеей. В любом случае, в том же году Гирей отправился в Одессу и посетил Крым, чтобы изучить ситуацию на месте. Везде, где он встречал мусульман, он раздавал им христианские писания и пытался вести с ними миссионерские беседы. Сопровождавший его шотландский миссионер Льюис Уэй был глубоко впечатлен сыном султана.
В феврале 1818 года Катти Гирей вернулся в Эдинбург, Шотландия. Вскоре после своего отъезда из России он получил от князя Александра Н. Голицына официальное разрешение царя, а также обещание оказать соответствующую помощь со стороны двора в реализации проекта.
На втором курсе Гирей изучал теологию в Эдинбургском университете, посещал миссионерские конференции и с энтузиазмом рассказывал о миссии своих соотечественников на Кавказе. При этом он постоянно представлял свой проект миссионерской школы в Крыму.
Гирей также представил свой проект Шотландской миссионерской компании. Компания очень одобрила его проект, но не смогла найти финансовые средства для поддержки школы в Крыму, включая персонал и снабжение. Кэтти Гирей сначала пришлось искать средства для поддержки проекта.
Летом 1819 года он отправился в Ирландию при поддержке Шотландского миссионерского общества. Вскоре ему удалось найти много друзей, которые поддержали его идеи. Уже 4 августа 1819 года было основано «Ирландское миссионерское общество для Татарии и Черкесии». Это новое общество должно было заниматься миссионерской деятельностью в Крыму и на Кавказе. На учредительном собрании в Дублине было единодушно решено, «что, поскольку Шотландское миссионерское общество обязалось снабдить султана Катте-Геры [Кэтти Герей] четырьмя миссионерами для содействия его плану и в настоящее время занимается распространением Евангелия в некоторых частях Тартарии и Черкесии, средства этого общества должны быть на данный момент переданы казначею этой организации для использования в конкретных целях данного объединения».
Гирей также посетил другие города Великобритании и с большим энтузиазмом представил свой проект. И круг друзей расширился. Во время всех этих путешествий Кaтти познакомился с молодой леди по имени Энн Нилсон, влюбился в нее и женился на ней 26 апреля 1820 года в церкви Св. Кутберта в Эдинбурге. Отец Энн, Джеймс Нилсон, разбогатевший в Индии человек, который не мог представить себе брак с восточным султаном, лишил свою дочь наследства.
Вскоре после свадьбы молодожены покинули Шотландию и вернулись в Россию. Они прибыли в Санкт-Петербург в сентябре 1821 года. Здесь они остались на некоторое время в надежде на аудиенцию у царя, и в это время Гирей ближе познакомилась с князем Александром Н. Голицыным (1773-1844), который, помимо прочего, возглавлял РБO.
Голицын был личным другом и советником царя Александра I. В 1803 году он был назначен главным прокурором Священного Синода , а в 1817 году — министром преемственного ведомства, Министерства народного просвещения и духовных дел, которое он возглавлял до 1824 года. Он обещал молодой паре свою поддержку.
Тем временем шотландские миссионеры основали свою миссионерскую станцию в Крыму. Для этого они выбрали старую столицу татарских ханов Бахчисарай, и четыре миссионерские супружеские пары переехали в Крым. Работа могла начаться.
Шотландские миссионеры и в Крыму полагались на свой главный миссионерский метод – распространение Священного Писания среди крымских татар. К этому добавилась идея обучать детей татарских соседей и, возможно, построить соответствующую школу, чтобы затем вести в ней евангелизационную деятельность. Они обсудили создание школы с несколькими татарскими лидерами и получили широкую поддержку. При этом они не раскрывали своих евангелизационных планов. Конечно, все это происходило под протекторатом российского государства. И царь даже взял на себя большую часть расходов.
Однако татары быстро поняли истинные намерения миссионеров и вскоре стали создавать им препятствия. Несколько татар приняли веру, но вскоре после крещения они отреклись от нее. Слишком велико было давление со стороны мусульманских родственников. Один за другим миссионеры покинули Крым, и всего четыре года спустя, в 1825 году, станция в Бахчисарае была закрыта.
Гирей также не смог найти подход к татарам. Они относились к нему с большим уважением, но скорее потому, что он был Гиреем и поддерживал тесные отношения с русским царем. Он основал школу своей мечты в Симферополе, нанял учителя, который обучал детей Священному Писанию христиан. Но только немногие дети были отправлены туда своими родителями.
И вскоре его школа для татарских детей в Симферополе была закрыта из-за нехватки учеников. Мечта о миссионерской школе в Крыму не осуществилась.
К неудаче миссионерских усилий прибавилась смерть царя Александра I, который был дружелюбно настроен по отношению к протестантам. Его преемник Николай I был все, кроме как дружелюбно настроен. Его православные советники настраивали его против протестантов. 12 апреля 1826 года RBO была закрыта, и иностранные миссионеры в стране внезапно почувствовали, что против них дует очень сильный ветер. Вскоре многие из них покинули страну, в том числе миссионеры Шотландской миссионерской компании. Станция в Каррасе была закрыта в 1833 году.
Гирей и его жена Энн остались в Крыму одни. Шотландская миссионерская компания прекратила всяческую поддержку Гирея. Но его связи с царским домом и финансовая поддержка, предоставленная Александром I, позволили Гиреям вести довольно комфортную жизнь в Симферополе. Даже после смерти своего королевского друга его преемник Николай I остался к нему благосклонен. Он предложил ему обменять финансовую поддержку, обещанную Александром I, на поместье. Таким образом, семья приобрела имение в окрестностях Симферополя.
Гирей пытался, где только мог, обращаться к своим любимым татарам с Евангелием. Но они реагировали на него довольно отчужденно. Неизвестно, удалось ли ему привести к вере хотя бы одного из них. Его великий план привести мусульман своей кавказской родины к вере в Иисуса Христа провалился. Он оставался на связи с Шотландской миссионерской компанией до 1830-х годов в надежде на перемену времен и новoe начало. Но этого не произошло.
В 1847 году Катти Гирей скончался в своем имении Демирчи недалеко от Симферополя. Его жена последовала за ним восемь лет спустя, в 1855 году. У них было 14 детей, шестеро из которых умерли в раннем возрасте. Без сомнения, семья Гирей оставила след как в общей истории царской России, так и в робких попытках привести мусульман в России к вере. Гирей остается ярким примером в иначе малоуспешной миссионерской деятельности Шотландской миссионерской компании в России.
Спустя 200 лет после попытки Катти Гирея основать миссионерскую школу на Кавказе, совсем недалеко от Карраса, в Черкесске, начала свою работу Северо-Кавказская христианская университет. Его мечта все-таки сбылась. В любом случае, сегодня он был бы рад быть здесь.
| ||||
| ||||
| ||||
| ||||
| ||||
